Охранники невольно переглянулись, а кизляр-ага понимающе ухмыльнулся:
– Ступай, – велел он рабыне, – да зайди на кухню, скажи, что скоро султан потребует завтрак. Перепелиных яиц побольше да сливок. Пусть несут сразу два подноса. Новая наложница и впрямь ненасытна.
Девушка, обрадованная, побежала по коридору в сторону кухни.
– Пойду доложу валиде, – подобрался кизляр-ага. И вдруг вспомнил: – Где Исмаил? – резко спросил он у охранников.
– У себя в комнате. Он поздно ушел.
– Что значит поздно?
– Его позвал султан, но ичоглан пробыл там недолго. Потом он куда-то ходил. Снова вернулся. Спросил, не звали ли его? И потом уже ушел совсем.
– Значит, Исмаил где-то бродил всю ночь, – задумчиво сказал кизляр-ага. – Уж не под балконом ли прекрасной султанши? Фатьма-султан что-то слишком уж часто стала оставаться на ночь в Топкапы. А ведь у нее есть свой дворец. Хотя у прекрасной султанши ведь нет теперь мужа…
Перед тем как пойти к валиде, кизляр-ага послал одного из евнухов к главным воротам. Спросить, не вернулся ли гонец? Эти слуги стали так нерадивы. Сначала ага выспится как следует после дальней дороги, а уж потом придет с докладом. Впрочем, это и в самом деле не к спеху.
Наложница султану угодила. Даже если у нее есть тайны, что там может быть серьезного? Ну, возраст себе убавила. Это кизляр-ага подозревал с самого начала. Этим ее и можно шантажировать. Только доказательства нужны. Гонцу велели узнать всю подноготную девушки. Как ее там? Ашхен?
Что за имя! Недаром в гареме его тут же переделали в более привычное слуху: Айше. Но султан наверняка даст девушке новое имя.
– Валиде вас зовет, ага, – сказала запыхавшаяся рабыня.
– Да иду я, иду. Ну, ни минуты покоя! – проворчал он.
… Гарем гудел, это кизляр-ага не слышал, а скорее – ощущал всеми порами своей эбеновой кожи, идя по узким коридорам, а потом по извилистым дворцовым переходам. Мимо прошмыгнула рабыня, видимо, выскочила из кухни. Кому-то из госпожей с утра понадобился отвар, успокаивающий расшалившиеся нервы? Кизляр-ага потянул огромным черным носом. Похоже, что так. А сейчас еще эфиопка добавит жару своим рассказом о минувшей ночи любви. Три раза! Ай-яй-яй! Когда такое было? Разве что в те времена, когда в спальне у Падишаха безраздельно царила Турхан-султан. Не ей ли несут отвар? Она ведь все вчера пропустила из-за праздника, который устроила валиде.
– Валиде… – он склонился как можно ниже. Сейчас начнется допрос с пристрастием!
– Рассказывай! Ну? – Кёсем-султан нетерпеливо подалась вперед.
