В Казани завязывается вокруг странных преступлений бунт отверженных — молодёжной разновидности известного "казанского феномена". В серых подъездах и скучающих улицах старого города начинается нечто новое, что противоречит всем нормам и ослепляет сознание. Это "Тяп-Ляп", банды из самых отчаянных, которые впервые за многие годы выступают как ответ на давнюю бездну городской преступности....
Все невольно посмотрели на него, кто с жалостью, а кто с нескрываемой надеждой на то, что это совещание будет последним в его карьере. Совещание проходило бурно. Все критиковали работу милиции.
– Да что там говорить! Во все виновата милиция! Это по их вине погиб участник войны и пострадали люди. Что, они раньше не видели, что творится в районе завода «Теплоконтроль»? Сами выпестовали эту группировку, вот и получили по заслугам, – неслось со всех сторон.
– Что вы молчите, товарищ министр? Что? Сказать нечего? – спросил министра второй секретарь Обкома КПСС.
Министр поднялся с места и направился к трибуне. Ему никто не давал слова, но другого варианта у него, просто, не было. Он встал за трибуну и окинул зал взглядом. Присутствующие в зале партийные функционеры притихли. Взгляд министра был тяжелым. Он приступил к докладу. Выступление был коротким, ведь с момента «пробега» прошло только три дня.
"– Вы правы. Мы действительно впервые за последние годы столкнулись с хорошо организованной преступной группировкой численностью свыше трехсот человек. Поэтому, нам необходимо время, чтобы во всем этом разобраться, расставить необходимые акценты, выявить лидеров и активных участников. Сейчас органы внутренних дел совместно с республиканской прокуратурой работают именно в этом направлении.
В зале стало так тихо, что было слышно, как кто-то разговаривал в коридоре. Все присутствующие в зале были шокированы названной цифрой.
– Скажите, – обратился к министру второй секретарь Обкома КПСС, – а, что вам мешало ликвидировать группу раньше? Тогда бы не было таких трагических последствий.
Министр промолчал. Вопрос был явно провокационным. Ему не хотелось вступать в полемику, хотя хотелось напомнить многим сидящим в зале, как они сами в категорической форме утверждали, что в городе не может быть организованной преступной группировки, и запрещали произносить вслух подобные выражения.
– Да, я согласен, – медленно произнес министр, – что органы внутренних дел не дорабатывали по данному вопросу. Нужно было раньше реагировать на все вылазки и действовать более решительно, не обращая особого внимания на некоторые нюансы.
Все моментально поняли, что хотел сказать министр. Зал вновь замер.
