Вижу же, как он на меня смотрит. С голодом и жгучим желанием. Аж пожирает глазами. Еще чуть-чуть – и прямо в одежде слопает.
Но я не скажу, что мне это неприятно, нет… Скорее, наоборот, льстит. Потому что на других девчонок Глеб так не смотрит, я наблюдала. Даже на свою обожаемую Романову, с которой они повсюду вместе таскаются как Маня с Ваней.
С ней он держится по-другому, как-то более сдержанно и… Снисходительно, что ли. Будто она маленькая несмышленая девчушка, а он ее старший брат. Не знаю, может, Романова, конечно, и нравится Глебу, но, в отличие от меня, ее он не хочет. И в этом заключается мое главное преимущество, которым я намерена беззастенчиво пользоваться.
– Ладно, Кац, врать не буду. Одна-две мыслишки о тебе и впрямь проскочили, – тихо посмеивается парень. – Но фокус у меня сейчас на другом.
– И на чем же? – приподнимаю бровь.
Судя по его хитрющему виду, Глеб явно что-то задумал.
– Извините, никто не знает, где водитель? – внезапно прямо надо мной раздается недовольный бас сидящего сзади мужика. – Мы уже двадцать минут стоим!
– Верно говоришь, милок! – подхватывает беззубая бабулька с первого ряда. – Я его видела давеча, туда-сюда прохаживался, говорил, что через пять минут трогаемся! А потом взял и исчез!
– Так появится он или нет? – громыхает тучная женщина, сидящая у окна в окружении пакетов с помидорной рассадой. – Мне бы побыстрее! Я на вокзал опаздываю!
– А мне ребенка из сада забрать надо! – раздается писклявый женский голос.
– А мне собаку выгулять!
Буквально за пару секунд тесный салон маршрутки наполняется гудящим гомоном возмущения. Люди негодуют, поносят на чем свет стоит пропавшего водителя и, перекрикивая друг друга, сообщают, какие архиважные дела им сегодня предстоят.
– Так, граждане, не ругаемся! – неожиданно восклицает Глеб, рывком поднимаясь с места и тем самым привлекая к себе всеобщее внимание. – Согласен, ситуация неприятная. Но все решаемо. Я готов взять инициативу в свои руки!
Повисает тишина. Абсолютная и непоколебимая. Если бы сейчас мимо пролетела муха, я бы точно услышала шелест ее крыльев.
Пассажиры глядят на Бестужева в немом оцепенении: кто-то глаза выпучил, кто-то рот раскрыл, у кого-то брови срослись на переносице. Однако Глеба всеобщее недоумение ничуть не смущает: не обращая внимания на вопросительно вытянувшиеся лица, парень двигается вдоль ряда, явно намереваясь покинуть салон.
– Ты куда? – ошарашено интересуясь я шепотом.
Бестужев останавливает на мне шальной взгляд и дерзко улыбается. В его глазах черти отплясывают зумбу, и я уже заранее знаю, что адекватного ответа мне ждать не стоит.
– Ну ты же хотела угнать тачку? – бросает он тихо, так, чтобы это могла услышать только я.
– Но… Я… – аж заикаться от шока начинаю.