Автор
Хулиган и дерзкая королева колледжа влюбляются, но их отношения полны противоречий. Когда случается нечто непоправимое, один берет на себя вину другой, и их связь перерастает в страстную борьбу. Бунтари сталкиваются с жестокой реальностью, где любовь и боль сплетаются в одно невыносимое мгновенье.
Раздел Chitat.online для книги «Бунтари не попадают в рай» помогает быстро понять, что это за произведение: автор, жанровая привязка, описание и полный текст собраны на одной странице.
Хулиган и дерзкая королева колледжа влюбляются, но их отношения полны противоречий. Когда случается нечто непоправимое, один берет на себя вину другой, и их связь перерастает в страстную борьбу. Бунтари сталкиваются с жестокой реальностью, где любовь и боль сплетаются в одно невыносимое мгновенье.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Хулиган и дерзкая королева колледжа влюбляются, но их отношения полны противоречий. Когда случается нечто непоправимое, один берет на себя вину другой, и их связь перерастает в страстную борьбу. Бунтари сталкиваются с жестокой реальностью, где любовь и боль сплетаются в одно невыносимое мгновенье.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
Как Ася может на кого-то нарваться? Она же паинька, в натуре. Тихая, мирная, даже мухи не обидит.
– Где они? – допытываюсь я.
– Где-где… Кац со свитой ее в толчок потащили, – огорошивает меня одногруппник. – Щас твоя подружка опять люлей отхватит…
Что этот дебил мелет?! Я ни хрена не врубаюсь! Кац потащила Романову в толчок? Чтобы навешать люлей? Ну это просто сюр какой-то, из разряда фантастики… Чем моя соседка-домовенок насолила местной королеве?
Когда в начале недели Стелла швырнула Аськины вещи с парты, я не придал этому особого значения. Ну повздорили девки и повздорили, с кем не бывает? А тут, получается, все куда более серьезно…
– И че? Вы здесь как стадо баранов просто стоите и ждете? – недоумеваю я, оглядываясь на окружающую меня толпу.
В ответ тишина. Ребята продолжают выжидательно стрелять глазами в сторону туалетов и полушепотом переговариваться между собой.
– Дайте пройти, – принимаюсь работать локтями, чтобы вырваться из тесного круга зевак.
Подбираюсь к уборной, однако вместо Аси мой взгляд находит ту самую симпатичную татарочку Амину, которая повсюду таскается за Стеллой, будто хвостик. Она стоит у закрытой двери и всем своим решительным видом демонстрирует, что дальше прохода нет.
– Сама отойдешь или подвинуть? – мрачно интересуюсь я, становясь напротив.
– Это женский туалет! Чего ты там забыл? – артачится она.
– На голые попки хочу посмотреть, – ерничаю я и вместе с этими словами оттесняю Амину в сторону. Не грубо, но довольно убедительно.
– Туда нельзя! – не унимается эта психованная, пытаясь удержать меня за толстовку.
Но мне ее агрессия – как слону укус комара.
Дернув на себя дверную ручку, решительно шагаю внутрь и… Офигеваю.
В жизни мне доводилось видеть много всякой жести: и беспощадные драки за гаражами, и людей, харкающих кровью, и раздробленные кости, и переломанные носы… Но то, что я наблюдаю прямо сейчас, в разы хуже. Ведь мне всегда казалось, что воевать и ненавидеть – это в мужской природе. А в женской – принимать и любить. Но, походу, я глубоко заблуждался…
Лицо Аси перекошено от боли, а теплые зеленые глаза полны слез. Она елозит коленями по грязной плитке, тщетно пытаясь уловить равновесие, в то время как Стелла, возвышающаяся над ней, тягает ее за волосы туда-сюда. Мутузит, будто провинившуюся шавку, вынуждая Асю сдавленно всхлипывать и скулить.
Ярость, клокочущая где-то на дне, вспыхивает мгновенно, застилая взгляд красной пеленой. По натуре я совсем не герой и сам творил много чего такого, что вызывало осуждение приличного общества… Но вот слабых никогда не травил. Потому что это, по-моему, зашквар. Зачаточная форма фашизма, понимаете?
– Отпусти ее! – рявкаю я, подлетая к Стелле.
Была бы она пацаном – вломил бы, не задумываясь.
