Захожу в зал и тут же упираюсь взглядом в группу что-то увлеченно обсуждающих ребят. Среди них замечаю и Егора со Стеллой. Они сидят на широком диване, покрытым леопардовым пледом. Рядом. Их ноги слегка соприкасаются друг с другом, и от этого вроде бы безобидного зрелища мои внутренности стягиваются морским узлом. Неприятно, черт подери!
– Всем привет! – произношу я, привлекая всеобщее вниманием.
В ответ раздаются хаотичные приветствия. Кто-то широко улыбается, кто-то машет рукой, кто-то ограничивается прохладным кивком. А вот Янковский поднимается с дивана и стискивает мою ладонь в крепком дружеском рукопожатии.
Да, я не соврал Аське, после того случая на заброшке наши с Егором отношение действительно радикально изменились. Он больше меня не бесит, даже наоборот – мне по кайфу проводить с ним время. Например, на прошлой неделе мы почти пять часов рубились в Контру по сетке. Угорали, общались и упоенно мочили врагов. А позавчера весь вечер бесцельно мотались по городу, обсуждая большой спорт и пожирая чипсы.
Как ни странно, у нас с Янковским гораздо больше общего, чем может показаться на первый взгляд. Мы оба любим футбол, ненавидим вареный лук и считаем Касильяса лучшим вратарем современности. А еще Егор порой выдает такие глубокие философские фразы, что над ними хочется как следует посидеть и подумать. О будущем, например. Или о глобальных целях жизни. Короче, смышленый он парень. Недаром им все преподы восторгаются.
Общаясь с ним все эти дни, я старался абстрагироваться от раздражающей мысли о том, что он встречается со Стеллой. И у меня это вроде как получалось, потому что в наших с Янковским разговорах Кац упоминалась крайне редко. Но сейчас… Сейчас все по-другому.
Одно дело – просто знать, что их связывает нечто большее, чем просто дружба, и совсем другое – наблюдать их сюсю-пусю собственными глазами. Глядя на них, мне прям ослепнуть хочется! Ну, чтобы уберечь себя от бесполезных душевных мук…
– Мы тут в Мафию собрались играть, – говорит Егор, подталкивая нас с Асей к дивану. – Поучаствуете?
– Почему нет? – бодро отзываюсь я, хлопая себя по коленкам. – Давайте сыграем.
Я демонстрирую куда больший энтузиазм, чем ощущаю на самом деле. Мне отчаянно хочется показать миру, что, несмотря на холодное безразличие Стеллы, у меня все в порядке. Что я не разваливаюсь на куски от одного только взгляда, брошенного в сторону ее острых коленок, на которых по-хозяйски покоится рука Егора. Я должен во что бы то ни стало скрыть свою иррациональную ревность, хищным зверем царапающую мне сердце.
– Я буду ведущей, – Амина Абашева проворно подползает к игровым карточкам и сгребает их в кучу. – Нас много, поэтому предлагаю играть с доктором и комиссаром.
Никто с ней не спорит.