Автор
В адепке Асии Олте дыхание остановилось от ректорского приговора — отчисление за невыдачу платы. Но главное в том, что она безумно нуждается в том, чтобы пополнить свои скудные кошельки перед важным экзаменом по Магическим плетениям и Теории Иллюзий. Асия Олте ищет подлинную бунтарку среди своих одногруппников, чтобы вместе вырваться из западни ректорского гнева....
Быстрее заканчиваю заклинание, и золотистое свечение окутывает малыша, мама охает, а ребёнок затихает, но продолжает морщить личико."
"— Дочка, почему ты не сказала? — мама садится на кровать рядом с сестрой. — Младенец не может контролировать тьму. Она будет то и дело вырываться наружу и сжигать твои силы и магию. А твоя магия запечатана, так что ты можешь не выдержать, дочка.
— Гардиан. — твёрдо произносит Кристина. — Я назову его Гардиан. И я справлюсь, папа верил в меня.
— Твой папа не знал, что твою магию запечатают, — горько говорит мама.
Сестра колеблется и бросает взгляд на меня. Я киваю, намекая, что маме надо сказать. Она и так это узнает.
Но мама понимает взгляд сестры по-своему.
— Асия, принеси Кристине воды и что-нибудь поесть, а ещё чистые простыни, — поворачивается ко мне мама. — А мы пока поговорим.
Смотрю на сестру, не желая оставлять её сейчас одну. Но она кивает и слабо улыбается, давая понять, что всё в порядке. Скрепя сердце выхожу.
Спускаюсь на кухню и разогреваю магией суп для Кристины.
Мама ещё не знает, но ребёнок долго не проживёт. Нужно быстрее разобраться с записями отца, ведь если моя магия помогает “усмирить” тьму, возможно, я найду способ спасти этого ребёнка.
Замираю с половником в руке. Может ли быть, что отец хотел именно этого? Спасения внука? Когда Кристина и Риотен встретились?
Отбрасываю эту мысль. Отец же не мог знать, родится ребёнок с сильной тьмой или со слабой.
Когда я выхожу с подносом, на котором всё приготовлено для сестры, то чуть не врезаюсь в новоиспечённого папу. В магистра Риотена. Лёгок на помине.
— Где она? — сходу спрашивает он, волнуясь.
— Возьмите, — даю ему поднос. — По лестнице наверх и комната направо. Отнесите это Кристине.
Риотен забирает поднос и идёт к лестнице. И тут я понимаю, что кое-что не сходится.
— Господин Риотен, — зову я его.
Он замирает с прямой спиной, и даже не оборачивается. Продолжив подниматься, бросает мне через плечо:
— Скоро здесь появится целитель, впустите его.
Ушёл от ответа.
Я решаю дождаться целителя, а потом идти за записями отца. Наливаю себе чай и стараюсь успокоить волнение. Получится ли у меня?
Слышу повышенные голоса из комнаты Кристины. Это мама высказывает всё или сестре или Риотену. Заходить опасно — попаду под горячую руку.
