В полутемном сарае, где воздух был насыщен сыростью и смрадом табачного дыма, учитель внезапно потерял сознание. Класс загалдел в ужасе, но даже Петрова, обычно спокойный и умный, начал рваться из рукавов телефонов. И лишь резкий окрик девушки вернул порядок: "А ну тихо!" А затем — слабый признанный голос рядом с ней. В этот момент над головами посетителей сараюха повисла тишина, окутавшая всю атмосферу влажным ужасом и неясной магией....
Как можно даже просто подумать навредить такому беззащитному существу?
— Ее отец был проклятым… — передразнила я повитуху. — Ну ничего, да, мое солнышко? Родителей не выбирают. А всяких старых клуш мы слушать не будем.
Малышка перевела взгляд на меня и неожиданно чихнула.
— Правда, — умилилась я. — Надо бы тебе имя выбрать.
Но в голову не приходило ничего подходящего, так что решила оставить это на потом. Сначала нужно было решить вопрос со всеми справками и пособиями.
Не откладывая в долгий ящик, собралась сама, одела малышку в выменянные вчера вещи.
Взяв карту, паспорт и скудные наличные, спустилась вниз, оплатив еще день проживания. Терминал успешно провел операцию, и мне не удалось сдержать облегченного выдоха.
Первым делом решила попытать счастья в частной клинике. Прием будет стоить денег, которых может не хватить в любой момент, но идти в государственную я опасалась.
"А тут, может быть, удастся получить нужную справку без осмотра.
На выходе из гостиницы на меня залаяла собака. Я подскочила, чуть не спрятавшись снова за дверь. Большая овчарка с ошейником, но без поводка и намордника, сидела недалеко от входа.
Малышка, испуганная громким звуком, заплакала.
— Тише, маленькая, тише, моя хорошая… — зашептала я, прижимая ее к себе. А затем повернулась к собаке и как можно строже произнесла. — А ну фу! Иди к своему хозяину.
Овчарка неожиданно заскулила и, поджав хвост, убежала.
С минуту я еще постояла около двери и, лишь убедившись, что собаки нет, отправилась на остановку. Администратор сказала, чтобы попасть в город, нужен автобус номер четыре.
Вчера я не особо рассматривала Лебяжье, но сейчас, проходя мимо невысоких частных домиков, то и дело крутила головой. Было довольно тихо и уютно. Ровные, практически одинаковые заборчики, постриженные лужайки, сейчас то тут, то там покрытые начавшей опадать листвой, большая детская площадка с горками, качелями и песочницей.
На остановке стояла всего пара человек, так что я уселась на скамейку и стала ждать.
— Гляди-ка, какая морда, — вдруг услышала я ворчание женщины лет сорока в красном платке и зеленой куртке.
— Угу. Клыкастый. Наверное, держали на цепи, тот сорвался и убежал. А теперь вот ищут, — ее оппонентку мне было не видно из-за стенки остановки, за которой я сидела, но возмущалась она не менее громко.
![Обложка книги Дед Мороз в личное пользование [СИ]](/uploads/posts/images/6/ded-moroz-v-lichnoe-polzovanie-si.jpg)
