В парке академического двора студентка едва сдерживает раздражение от оскорблений со стороны старших курсов. Бытовая магия не должна превращаться в боевую, но иногда уроки слишком жестки. Это роман о молодой ведьме, пытавшейся сохранить равновесие между миром заклинаний и реальными жизненными проблемами....
И судя по ухмылке Дария, я не ошиблась.
Дар с Кевином стукнулись кулачками, совсем как наши дворовые мальчишки. Правда, у Кевина при этом вид был не сильно довольный.
– Хорт! Проиграл!
– Зато я выиграл, – усмехнулся Дарий, хлопнув по плечу опешившего Эвана. – Иная! Я же говорил, а вы – «Не может быть! Не может быть!» – ха!
– И давно ты понял? – хмыкнул Рай, приобняв меня, пока я находилась в смятении.
– Давно, – не без бравады признался Дар. – Во-первых, глаза. Один говорит, что у её драконицы они красные, другой – что синие… Потом само поступление на боевой! Серьёзно?! Да, на Уграсе хватает боевых девчонок, но чтобы пытаться протиснуться на боевой факультет?! Нет! Не забывайте – принадлежность к боевому – это прежде всего пропуск на «Великие игры»! Нашим девчонкам такая головная боль даром не нужна.
– Ну… если он сволочь? – робко попыталась оправдать свой порыв к свободе.
Дарий с жалость посмотрел на меня.
– Вот об этом я и говорю. Ты совсем не знаешь природу нашей расы. Истинные не расстаются.
– Ещё скажи, что не изменяют, – буркнула я. – Вообще-то Гефран изменил Лале!
Тут уж вся четвёрка стыдливо потупилась.
– Ну… измены случаются. Тут уж я врать не буду. Только даже она не способна отвратить пару друг от друга. Понимаешь… для дракона истинная – это сама магия. Лишиться её близости – это как лишиться сути. В писании богов драконов даже есть глава, посвящённая этому.
"– М-да… – кивнул Кевин. – Если дракон теряет истинную, то он через время превращается в дарка.
– В обычного человека по-простому, – дополнила ответ обладателя самого необычного цвета глаз.
– Верно.
– Драные портки! – возмутился Эван, отмирая. – Все всё знали… Ещё и спор учинили! А почему мне никто не сказал?!
Кевин посмотрел на побратима с извиняющимся выражением на лице.
– Прости, дружище. Ни тебя, ни Райлана мы не стали посвящать в свои домыслы.
Эван нахмурился.
– Это несправедливо. Вы не дали мне даже шанса на…
– Нет там никаких шансов, – перебил блондина Дарий, делая в мою сторону шаг.
Я по инерции сделала шаг назад.
– Видишь? – засмеялся шатен. – «Инстинкты иной». Их описывал самый выдающийся учёный! Ребят… ну, стыдно, да? Надо читать трактаты древности. Вам вообще-то править в скором будущем.
