В парке академического двора студентка едва сдерживает раздражение от оскорблений со стороны старших курсов. Бытовая магия не должна превращаться в боевую, но иногда уроки слишком жестки. Это роман о молодой ведьме, пытавшейся сохранить равновесие между миром заклинаний и реальными жизненными проблемами....
Не в смысле старой, а принадлежащей другой эпохе. В двадцать первом веке таким балуются только повёрнутые на старине богатеи.
Но сейчас это вообще не главное!
Я никак не могла уловить цепочку событий, приведшую меня сюда, на кровать средневековых принцесс!
Сглотнув, поморщилась, чувствуя сухость в горле и даже какую-то горчинку.
«Это не ил… но меня точно поили какой-то гадостью. Похоже на вещество алоеобразного молока».
Приподнявшись на локтях, с изумлением принялась изучать богатую обстановку просторной комнаты, в которую с лёгкостью поместилась бы моя однокомнатная квартира.
«Боже… где я?»
Очень вовремя проснулась девушка на бархатном кресле.
– Госпожа! – подхватилась русоволосая красотка, падая перед моей кроватью на колени. – Слава Двуединому! Вы живы! – Я еле вырвала свою конечность, которую ненормальная принялась лобызать, набросившись с поцелуями на правую руку. – Как же вы это решились, госпожа!? Отравиться! Хозяин так… расстроился. О! Надо немедленно послать пажа за генералом.
– Стоп! – подскочила я… и тут же рухнула обратно на подушку, в шоке.
«Это не мой голос!!! И как же кружится голова…»
От нелепой догадки мой позвоночник прошило током. На лбу выступил холодный пот.
«Да ну, бред!»
– А… а… – принялась вокализировать я, с каждой нотой распахивая глаза шире.
Девчушка испуганно округлила рот.
– Один-один… два… Первый-первый… – секундная заминка, а потом я от души выпалила грудным сексуальным голосом: – Матерь Божья!
Чуть не свалившись с постели, проковыляла неровной походкой к напольному зеркалу, заставив красотку с косой шарахнуться от меня в сторону.
Как только натолкнулась на отражение, застыла.
«Это не я! Это ни разу не я! Где моё отражение?! – Только (о, ужас!) голубоглазая брюнетка синхронно со мной хлопала ресницами, безумно похоже изумляясь моему присутствию. – Меня зовут Тимохина Лилия, и ещё вчера ночью я была кареглазой шатенкой! Что началось?!»
У неправильного отражения задёргалось веко. Точь в точь, как у меня!
Я попятилась назад, и красотка стала отдаляться.
Схватившись за горло, добилась того, что брюнетка тоже коснулась своей шеи.
«Нет, нет, нет, нет… – сглотнув, снова почувствовала горечь. Бредовая мысль о попадании в пограничную реальность, о которых так любят сейчас фантазировать в книгах и фильмах, упорно рвалась вперёд. – Я… я умерла?!»
– Госпожа, – робко пискнула деваха, на нервах наматывая свою длинную русую косу на кулак, – не пугайте меня.
