Поначалу они жили очень дружно. Вика стала преподавать в школе, ей всегда нравилось работать с детьми, а Володя устроился юрисконсультом. Первое время у них дома часто появлялись Викины подруги, но муж оказался жутко ревнивым собственником, он считал, что ее внимание должно принадлежать только ему, и не хотел делить ее ни с кем. Он, конечно, всегда был вежлив, но подружки чувствовали, что Володя им не слишком рад. Постепенно девочки перестали к ним приходить. Володя был доволен, теперь 'светлячок' горел для него одного.
Они жили в собственном замкнутом мирке. В идеале, он бы и вовсе запер ее дома, но, к сожалению, нехватка денег делала это невозможным. А девушка безоглядно его любила, она и не думала как-то оспаривать его решения. Доверившись ему однажды, Вика отдала Владимиру права на свою душу и жизнь. Нехватка денег совершенно ее не беспокоила, а в основном являлась предметом шуток. Она никогда и не была богатой, чтобы переживать из-за бедности.
Потом родился сын, которого в часть отца назвали Володей.
С этого момента времени их мирок начал постепенно и необратимо меняться. Ничего удивительного, жить вдвоем на две, может и маленькие, но все же зарплаты, легче, чем втроем на маленькую одну. И вообще, дети, как оказалось, очень дорогое удовольствие. Да еще они плачут по ночам, и не только по ночам, иногда они орут не переставая. Никакой личной жизни, и не выспаться никак. Володя уже не был так безоблачно счастлив, его порядком утомил постоянный бардак дома и полное безденежье.
Приходилось сидеть на работе днем, а вечерами подрабатывать 'бомбилой'. Он чувствовал себя как поется в одной песне: 'Бьюсь как рыба, а денег не надыбал'. Тяжко стало жить, и главное впереди - ни просвета...
Как-то он покупал одежду для малыша и вдруг увидел в толпе отца с матерью. На глазах у матери были слезы. Владимир сделал вид, что никого не видит, и сразу же ушел. Вике он не сказал ни слова, но все время вспоминал об этом моменте. Впервые между ними встала некая недоговоренность.
Он начал задумываться, правильно ли он в свое время поступил. Стоило ли оно того? Но на него доверчиво смотрели светящиеся любовью глаза, и он отбросил малодушные мысли. Стоило! Потому что его 'светлячок' с ним.
Но что-то все-таки надломилось в них тогда, и крохотная трещинка постепенно стала расти. Володя по-прежнему вертелся днем и вечером, но он стал каким-то задумчивым, иногда отключался во время разговора, уходил в свои мысли.