Автор
Комиссия на карте уже отправила нужную сумму. Теперь нужно решить судьбу мифической дочери, чей случай вылечил случайно попавшийся нищий на улице. В мире без запаха денег и эмоций все становится скользким и подозрительным, даже добрые намерения кажутся подтасовкой.
— А вы почему интересуетесь?
— Может быть, я вас на свидание позвать хочу и не хочу, чтобы ты вдруг растянулась ни с того, ни с сего.
Теперь я натурально сильно покраснела и не знала, как ему отказать, как вдруг услышала голос из далекого прошлого.
Сколько лет прошло, а я до сих пор помню эти интонации — требовательные, глубокие.
Душа мгновенно заныла, распадаясь на миллиард частиц, каждая из которых была переполнена болью.
— Мне нужна Голубева. Анастасия Михайловна!
Сердце пропустило несколько ударов, но грудная клетка начала ходить ходуном от сильнейших эмоций.
— Вот видите, на ногах едва стоите, а говорите, что выписываться пора. Рано-рано вам выписывать, Голубева! — крепко обхватил меня за локоть врач.
Наш разговор не остался незамеченным.
Тот самый голос…
Голос мужчины из моего прошлого теперь раздался гораздо ближе!
Перед помутневшим взглядом замаячило мужское лицо — на несколько лет взрослее, мужественнее, строже.
На целую тысячу лет дальше и еще более чужой, недоступный, но… такой же красивый, как я помнила."
"Вот только…
— Настя! Настя, я хочу видеть мою дочь! Где она?! — спросил отрывисто и требовательно.
Глава 6
Он
Вопрос о том, ехать или не ехать, отпал сам собой сразу же, как только я увидел фото девчушки.
Немного волнистые волосы, темные глаза, маленькая родинка на левой скуле, замечательные ямочки.
Маленькая красавица с первого же мига пленила мое черствое сердце, растопив в нем лед теплом карих глаз.
Той ночью я проснулся окончательно, никогда не чувствовал себя таким бодрым и сосредоточенным, даже не поленился отыскать накопительный диск с оцифрованными фото из старых семейных альбомов. Нашел свое фото, плюс-минус того же возраста, что и девочка на фото, и застыл, пораженный в самое сердце.
Одно лицо.
Твою мать!
Кулак взметнулся и грохнул об стол!
— Аааааа! — вырвался из грудной клетки злой рык.
На память пришел наш последний разговор.
«Богдан, я люблю тебя, послушай… Это подстава!»
«Любишь? Не перепутала, кому в любви признаваться, стерва? Вали к тому, с кем трахалась, помимо меня!» — отрезал я в прошлом.
Добавил еще что-то ядовитое о том, что нужно перебрать всех любовников, с которыми она спала.
