Вечер перед свадьбой — Селина, казалось, расслабилась и стала неузнаваема. Медленно обмахиваясь веером из разноцветных перьев птицы фольк*, она продолжала игнорировать молодых людей, стоящих недалеко, словно их просто нет. Атмосфера была напряженной, но Селина не казалась вовлеченной. Какие тайны скрывает она от окружающих?...
Этот свет был доступен лишь искрящим, к счастью, родственник к ним не относился.
Путь был долгим. В темноте, освещаемой лишь тусклым светом магического светильника, который он держал в руке. Его вторая рука крепко держала меня за запястье, не давая вырваться.
Паутина, затхлый запах плесени, который забивался в лёгкие и вызывал сухой болезненный кашель. Холодный камень под ногами и писк крыс, что пробегали мимо нас. Бесконечные повороты, на которых я старалась оставить маячки. Не знаю, как мужчина ориентировался, но я уже понятия не имела, где мы находимся.
— Почти пришли.
Сначала я услышала шум воды, мелодичный перезвон падающих капель, воздух стал более свежим и чистым, потолок поднялся выше, а вдалеке возник тусклый свет.
Пара шагов и мы вышли к небольшой зале с высоким потолком, который терялся во мраке. В центре неё располагался круглый пруд. А на каменной скамейке, тяжело опираясь плечом о перила и свесив голову вниз, сидел светловолосый мужчина.
— Эйдан!
Мой бывший жених действительно полулежал на скамейке и вздрогнул, услышав крик, который гулким эхом прошёлся по стенам и затерялся в вышине.
— Селина.
Вырвав руку из захвата Клода и подхватив юбки, бросилась бежать вниз, едва не падая на мраморных ступеньках. Мои шаги гулко отзывались в пустом помещении.
Селина, — вновь повторил Эйдан, когда, приземлившись рядом с ним на колени, я принялась лихорадочно ощупывать его, трогать лоб, заглядывать в глаза. — Ты здесь.
— Великие, — выдохнула едва слышно и закусила губу.
Выглядел Эйдан кошмарно: бледный, с впалыми глазами, которые горели тусклым светом. Синяки на лице пожелтели, став неприятного фиолетового цвета. Он похудел очень сильно, скулы выступили, нос заострился.
— Ему нужно к целителю и как можно скорее, — сказала, бросив взгляд на Клода, который не спеша подошёл к нам.
— Ты же понимаешь, что это невозможно.
— Селина. Моя Селина. Ты здесь, — шептал Эйдан.
Счастливая улыбка вызывала дрожь, такой жуткой она выглядела, и я едва сдерживала слёзы.
— Он болен, измучен и замёрз. У него жар, — я вновь коснулась его лба и закусила губу. — Мы не можем его так просто оставить.
— Зачем оставлять? — лениво отозвался родственник.
Засунув руки в карманы брюк, он медленно покачивался туда-сюда на низких каблуках и насмешливо улыбался.
— Что вы имеете в виду?
Эйдан поймал мою ладошку и прижал к сухим губам.
— Я так скучал.
— Я помогу вам выбраться отсюда.
