Вечер перед свадьбой — Селина, казалось, расслабилась и стала неузнаваема. Медленно обмахиваясь веером из разноцветных перьев птицы фольк*, она продолжала игнорировать молодых людей, стоящих недалеко, словно их просто нет. Атмосфера была напряженной, но Селина не казалась вовлеченной. Какие тайны скрывает она от окружающих?...
А такое чувство, что это было только вчера.
Душный воздух жаркого июньского солнца, который горел на губах, растрепанная коса, пряди волос которой лезли в лицо, щекоча кожу. Поцелуй — жаркий, голодный и такой короткий. Потому что оба отлично знали, что еще секунда и остановиться мы уже не сможем. Стук чужого сердца под ладонью, которое билось так громко, в унисон с моим, и хриплый шепот у ушка.
«Я вернусь, Сэм», — произнёс он с улыбкой, прежде чем уйти, оставив одну в маленькой мансардной комнатке на грязном постоялом дворе.
Не вернулся.
Вместо него пришёл Леонард, который, не щадя чувств, рассказал горькую правду и предоставил веские доказательства чужого предательства и моей слепоты.
Я сжала кулаки, прогоняя подступающие слёзы. Как же тогда было больно, но удалось пережить это. Выдержу и сейчас.
— Герцог Архольд примет вас, миледи, — вернувшись, сообщил дворецкий. — Прошу за мной.
Удивление уже прошло, и пожилой мужчина смерил меня спокойным взглядом, явно присматриваясь как к потенциальной хозяйке.
Горькая улыбка на губах и отрицание в душе.
Кивнув, я схватила подол платья и прошла следом вглубь особняка, слишком взволнованная, чтобы смотреть по сторонам. Каблуков на туфельках не было, но всё равно наши шаги гулко отзывались в пустом коридоре. Даже слуг не было. Всё словно вымерло или застыло перед встречей.
«Какой он сейчас? Изменился ли? Стал другим? И что будет, когда мы встретимся? Отзовётся ли что-нибудь в груди?»
Бесшумно открылась одна из дверей, и я, не медля ни секунды, сделала первый шаг.
Мергери вчера сказала, что Дерек возмужал, вырос и еще больше похорошел, став настоящим мужчиной. Не знаю, я ничего подобного не заметила. Молодой человек и раньше был хорош собой, а сейчас в свои двадцать шесть полностью утратил юношеское очарование, распрощавшись с пелёнками и вступив во взрослую жизнь.
В гостиной находился именно мужчина — уверенный, спокойный и сосредоточенный. Тёмный хищник, поймавший в свои силки белоснежную голубку.
А я, стоя в дверном проёме, всё пыталась найти различия. Возможно Архольд стал шире в плечах, мне казалось, что раньше они были меньше. Талия стала уже или это из-за плеч. Волосы были всё такими же черными и пряди длиной рваной чёлки всё так же падали на лоб.
Небольшая гостиная была обставлена чудовищной громоздкой мебелью. Мягкая диванная группа у окна с ванильно-розовой обивкой и резными ножками.
