Вечер перед свадьбой — Селина, казалось, расслабилась и стала неузнаваема. Медленно обмахиваясь веером из разноцветных перьев птицы фольк*, она продолжала игнорировать молодых людей, стоящих недалеко, словно их просто нет. Атмосфера была напряженной, но Селина не казалась вовлеченной. Какие тайны скрывает она от окружающих?
"
"В этом и была суть торжества — не беспорядочные интрижки, о которых никто не узнает, а возможность стать кем-то иным. Здесь бедняк мог обрядиться богачом, прачка — принцессой, а леди примерить на себя маску раскрепощенной островитянки. Ведь никто не узнает. Никто не осудит.
Дерек стал одним из многих — беззаботным, ярким и живущим одним днём. Исчезли тревоги и страхи, стихло стремление стать лучшим и помочь матери, доказать деду и остальным, что не хуже, а может даже лучше своих праздных родственников и братьев.
И тем болезненнее и ошеломительнее было возвращение в реальность.
Корвил слышал об этом от матери, когда леди Энния с затаённой грустью в глазах тихо рассказывала о дне, который изменил её жизнь; читал в книгах, ведь молодому человеку всегда было интересно, как и почему Богиня свела столь разных и непохожих людей.
Но всё это было не так. Реальность превзошла все ожидания и представления.
Разве слова и книги могли передать состояние, когда в танце, сменив очередную партнёршу, Дерек неожиданно столкнулся с Ней.
Одно прикосновение и улыбка исчезла с его лица. Кровь закипела в жилах, а воздух застрял в лёгких, не давая возможности вдохнуть или выдохнуть.
С ним ведь раньше нечто подобное было. Многочисленные дуэли, которые из шуточных, направленных на унижение наглого последыша, превращались в кровавое действо, или кулачные бои, когда приходилось отстаивать честь матери перед дворовыми мальчишками. Тогда у него внутри тоже всё кипело и горело от ожидания.
Но сейчас всё было иначе. Воздух вокруг них завибрировал и засверкал, будто вновь проснулась искра.
Искра для двоих.
Корвил ничего не видел и не замечал кроме испуганных глаз девушки, руку которой до сих пор сжимал. Она дрожала, ротик был приоткрыт, а лицо скрывала маска из чёрного кружева, не давая Дереку что-либо разглядеть за ней. Магия Матери не давала определить, виделись ли они раньше.
Волосы цвета золота собраны в длинную косу, которую украшали крупные красные маки и синие васильки, эти же цветы были вышиты на подоле простого лёгкого платья без пышной юбки и ненужных оборок, которых было так много в этот вечер. Узкий лиф с низким вырезом, открывающий молочную кожу, обтягивал грудь так, что у него пересохло во рту. Неуёмная фантазия разыгралась не на шутку.
Безусловно, одета как простолюдинка, но манеры, тонкая кисть запястья выдавали в ней далеко не бедную особу.
На них все смотрели.
