Автор
Отец девушки Тамилы просит сына отправить свою дочь Эмилию в Францию на недельный отдых для расширения ее культурных знаний и общения на новом языке, что заставляет молодого человека сомневаться во всем происходящем. В то время как он упорно твердит о важности путешествий, Герман, его бывший друг и теперь кумир матери Эмилии, смотрит на него как ни в чем не бывало....
У него есть женщина, я тоже не одна. К чему вы сейчас ворошите прошлое?
Я сама не могу понять свою реакцию.
Внезапно мне становится… больно.
То ли это оттого, что ночью я почувствовала себя одиноко, то ли оттого, что в последнее время наши отношения с Германом будто бы изменились. Что-то незаметно, но сбоило.
Я срываюсь и выхожу на улицу. У родителей на участке прудик, и я иду к нему, сажусь на лавочку в тени плетущейся розы. Замираю, глядя на воду, а сама пытаюсь понять себя. Что происходит со мной? Откуда этот нервный срыв?
— Ты всегда уходила сюда, когда тебе было грустно, — говорит папа, садясь рядом со мной, и толкает меня плечом.
— Мне не грустно.
— А глаза почему на мокром месте?
И естественно, после этих слов из глаз срываются слезинки. Папа протягивает руку и стирает их, улыбается по-отечески.
— Ты любишь его?
— Кого? — ладно, я знаю, о ком он спрашивает.
— Германа.
— Нет, — отвечаю тихо, но папа почему-то кивает. — У нас есть прошлое, пусть и короткий, но брак. Дочь. Вы. Его родители.
"Он обнимает меня за плечи и притягивает ближе, укладывает себе на грудь, будто я не тридцатитрехлетняя взрослая женщина, а… просто его ребенок.
— Еще когда вы женились, я знал, что долго ваш брак не протянет. А если и протянет, то станет жалким подобием семьи.
— Почему же тогда ты не остановил меня?
— Как можно остановить танк? — смеется по-доброму. — Юношеская любовь — страшная сила. Да и ты должна была сама пройти через это все. Ты бы никогда не поверила моим доводам.
— Да, наверное. Пап, я не жалею, что вышла замуж. Этот брак, он просто был…
Не могу подобрать слов.
— Не вовремя.
— Рано, — киваю. — Мы были не готовы.
— Я понимаю, дочь, — поднимается, гладит меня по голове. — Просто помни, что настоящие любовные истории никогда не заканчиваются.
Папа уходит, а я задумчиво провожаю его взглядом.
Глава 8. Ничего предосудительного
Тамила
— Тамила, к вам посетитель, — мнется в дверях моя помощница Валя.
Заглядываю в блокнот.
— Хм… странно. Я сегодня никого не жду.
— Да, у вас на сегодня нет встреч в календаре, — тут же кивает она.
— Очень интересно, — откладываю в сторону планшет. — Посетитель представился?
— Да собственно, ему и не нужно представляться, — виновато улыбается девушка. — Это ваш муж.
— Кто-о? — чуть не переворачиваю на себя чашку с кофе.
Помощница краснеет, глаза вот-вот из орбит вылезут от смущения.
— Я имею в виду бывший. Это ваш бывший муж. Герман Игнатьевич.
