Автор
В кабинете Тины Романовны, где стена застелена бумагами и документами, она обсуждает планы с помощницей Виленой. Здесь атмосфера напряженная и профессиональная, но в ней скрываются тонкие чувства и деликатность. После короткой встречи Тина начинает изучать представленные документы, готовясь к сложной судебной борьбе....
Стоит посмотреть правде в глаза и не врать самой себе.
Единственное, что мне остается, — положиться на бывшего.
— Тина?"
"Паша напряженно вглядывается в мое лицо. Осторожно двумя пальцами приподнимает за подбородок, заставляя утонуть в его омутах.
Глава 21
Тина
— Мне…нужно собрать вещи, — наконец отвечаю шепотом, медленно отстраняясь. Поднимаюсь на ноги и сбегаю в спальню от пытливых глаз. В спину догоняет разочарованный выдох, и отчего-то на душе становится паршиво.
В полной растерянности и прострации собираю вещи.
Паша в одну руку берет наши сумки, другой держит меня. Крепко, без всяких сомнений гордо вышагивает до машины, помогает забраться в салон.
Мы едем в абсолютной тишине. Она не давит, но и уютной ее назвать нельзя. Мы оба в подвешенном состоянии. Ниточка, что связала нас с Бойцовым снова, настолько хрупкая и тонкая, что никто не осмеливается начать разговор. Потому что каждый боится быть тем, кто все разрушит.
Паша хочет поговорить. Это угадывается в его жестах, в его острых взглядах в мою сторону. По тому, как он задумчиво смотрит на дорогу и постукивает пальцами по оплетке руля.
Но по какой-то неизвестной мне причине так и не решается завести разговор, и я успеваю задремать.
Когда распахиваю глаза, мир стремительно скачет — это Бойцов несет меня на руках.
— Паш, прекрати. Отпусти, — пытаюсь вырваться, но этот невыносимый мужчина даже не намерен останавливаться.
Он выполняет просьбу лишь когда переступает порог шикарного гостевого домика и вносит меня туда на руках.
— Всегда мечтал это сделать, — хрипло бормочет, лаская меня глазами.
Я отворачиваюсь, стараясь глубоко не задумываться о его словах. Не анализировать, не пускать в свое подсознание… Ни на что не надеяться. Чтобы снова не было смертельно больно.
А потом все мысли улетучиваются в неизвестном мне направлении. Потому что я вижу ЭТО…
Сначала взгляд цепляет кипенно-белое постельное белье на просто огромной кровати, расположенной напротив…полностью стеклянной стены.
На глазах выступают слезы.
Разворачиваюсь и шепчу, прижав ладони к левой половине груди — туда, где сердце так отчаянно рвется к Паше:
— Ты запомнил…Ты помнил все эти годы…
Приехать в подобное место было моей мечтой. Именно чтобы кровать с видом на стеклянную стену и сосновый лес, чтобы окно в пол в ванной, где ванна с высокими бортиками.
