Автор
Инга решительно шагает по ночному городу, её сердце бешено колотится в груди. Подъезжая к знакомой улице, она видит свет из окна дома Каринки и сглатывает слюну, заправляя ключ в замок. Внутри квартиры прохладно и тихо, только шум лифта заставляет Ингу трепетать от волнения. Она знает, что начинается новая глава в своей истории......
Я действительно хватаюсь за него. Из соображений безопасности, конечно же. Не более того.
Он держит меня, как трофейного медведя, пойманного в тайге.
Вижу направление его движения, понимая, что он несет меня в ужасно пошлую спальню с множеством зеркал.
— Пожалуйста, только не там, — молю его.
Никита останавливается, и я уже готова услышать ответ в духе: «Я заплатил тебе, поэтому это будет там, где я хочу». Но неожиданно он подходит к свободной части стола, поднимает с дивана ранее брошенную мной простынь и кидает ее на столешницу, а сверху опускает меня.
Если бы мы были парой, я бы наверняка пошутила эту тему:
— Хей, если бы ты заботился о моем здоровье, то отвел бы меня в место, которое кишит меньшим количеством хламидий.
— Ха-ха, в следующий раз так и сделаю.
Но мы не пара, поэтому я без лишних слов подчиняюсь."
"Никита тянет руку к джинсам и достает оттуда презерватив, раскатывает его по члену и без лишних прелюдий толкается в меня. Я охаю и хватаю его за плечи, опускаю голову и кладу лоб на его плечо.
— Что такое? — с тревогой спрашивает он.
На самом деле, у меня слишком долго не было мужчины, поэтому, чтобы привыкнуть к значительному достоинству Фадеева, мне нужно некоторое время.
Если мы мы были парой, я бы сказала:
— Мне немного больно.
А он бы ответил:
— Тогда я буду очень аккуратным.
Но мы не пара, поэтому я отвечаю:
— Нет-нет, все в порядке, — и плевать, что голос у меня садится.
— Скажи это своей вагине, которая сжимает меня так, будто хочет задушить, — хрипит он.
Нет, мы по-прежнему не пара, но я чувствую, как жгут, стягивающий мое горло, сердце, легкие, душу и еще черт пойми что, развязывается и падает к ногам.
Никита начинает двигаться во мне. Аккуратно. Неспешно. И слишком нежно для того, кто еще пару часов назад говорил: «Я плачу тебе, а взамен ты забываешь слово нет».
Он целует мое лицо, шею, и я впервые за сегодняшний день отвечаю на его ласки. Этот вечер закончится, и, скорее всего, мы с Фадеевым больше никогда не увидимся.
Такой, каким я его помнила.
Никита двигается, постепенно наращивая темп. Вместо нежных ласк начинаются животные вколачивания. Мозг плывет, перед глазами все расплывается, я не могу ни на чем сфокусироваться. Низ живота горит, пульсирует.
