Автор
Талисса, спящая в своих тщательно убранной постели, только просыпается от маминого визга, когда внезапно узнает о прибытии «Стремительного». Страх и тревога за Торгара смешиваются с неуверенностью, где найти ответы. Кровь холодеет в жилах, сердце бьется чаще: что теперь делать?...
Сирена грациозно встала и развернулась, чтобы выйти.
— Фирена не трогать. Память ему не стирать. Не хватало еще одного старпома потерять.
Я снова повторила это для сирены, и у той, как только я закончила говорить, наконец проявились эмоции. Глаза засияли, она прикусила нижнюю губу недовольно. Но тут же остановила себя.
— Он мой. Я его выбрала.
— Фирена не трогать без его согласия, — снова повторила я с небольшой оговоркой. — Внушение не применять. Память ему не стирать.
Сирена выпрямила и без того ровную спину.
— Зачем ты это сказала? — не заметила, как Торгард склонился ко мне низко и прошептал это в самое ухо. Мурашки побежали по телу.
Поворачиваться я не рискнула, иначе бы наши губы столкнулись бы.
— Может быть, у них что-то сложится, — хрипло ответила я.
— У него есть невеста.
— Пусть сами разбираются.
И тут как по заказу Фирен возник около двери как раз тогда, как сирена открыла дверь.
Они столкнулись. А та не растерялась, приникла к нему, положила руки на его мощную грудь. Фирен забыл, что хотел сказать, он просто медленно опустил глаза на ее руки и... не шевелился.
Он лишь глубоко втянул в себя воздух и, кажется, перестал дышать.
Лари склонилась к нему и провела носом по его щеке, дракон же просто замер, а потом она сместила руки словно играя, проскользнула мимо него и вышла.
Фирен оглянулся, и так и стоял, смотря ей вслед.
— Фир? — позвал друга Торгард.
— Тор, — тот моргнул, как будто отходя от наваждения. Я усмехнулась. Сирена не пользовалась даром, но даже так производила на дракона впечатление. — Валариса нигде нет.
— Как? — адмирал нахмурился.
— Я все обыскал. Нигде его нет.
Мы поспешили выйти из каюты.
— Постой, — окликнул сирену Торгард.
Глава 43
— Он ушел, — прошелестел голос сирены.
— Сам? — хмуро спросил Торгард.
— Да. Никанор спрашивал. Давал выбор.
— Кто такой Никанор?
— Капитан. Один из главных.
И тут я вспомнила, как один из мужчин был слишком доволен, когда всё заволокло туманом, и насколько оказался обескураженным, когда туман спал.
