Автор
Талисса, спящая в своих тщательно убранной постели, только просыпается от маминого визга, когда внезапно узнает о прибытии «Стремительного». Страх и тревога за Торгара смешиваются с неуверенностью, где найти ответы. Кровь холодеет в жилах, сердце бьется чаще: что теперь делать?...
Вода была мне скорее не как нечто абстрактное, а как моё второе «я». Моё продолжение.
Когда я вышла на дорожку, стихия гуляла по моим венам, заполняя меня до краёв силой и энергией. Я ощущала её каждое движение, каждую каплю, как нечто живое, пульсирующее в ритме моего сердца.
Вода была моей союзницей, моим защитником, моей второй натурой. Я чувствовала её отклик на каждую эмоцию, на каждую мысль, и она отвечала мне силой и уверенностью.
Я покидала парк, стараясь восстановить своё душевное равновесие. Каждый шаг приносил мне спокойствие и уверенность.
"Но как только я вышла из парка, всё изменилось.
Вдали я заметила знакомую фигуру. Торгард. Он шёл навстречу мне, вальяжно и уверенно, словно весь мир принадлежал ему.
Рядом с ним был его друг Фирен. А с другой стороны шла моя заклятая подруга. Гадина, предавшая меня.
Мы с Торгардом встретились взглядами издалека, и этот момент казался бесконечным.
Наши глаза буквально поймали друг друга в зрительный плен, и этот контакт был настолько мощным, что мир вокруг нас, казалось, перестал существовать.
Я видела в его глазах отражение своих чувств, своих эмоций. Смотрела ему прямо в глаза, и он смотрел в мои, и этот молчаливый диалог длился вечно.
Время замерло, и я чувствовала, как моё сердце бьётся быстрее, как вены пульсируют под напором стихии.
Я знала, что этот момент изменит всё.
Этот момент, этот немой контакт был нарушен, и была поставлена точка.
Фирен, проходя мимо, бросил на меня мимолётный взгляд, полный насмешки. Офелия улыбнулась, её улыбка была холодной и жестокой, и она, казалось, наслаждалась этим моментом.
Когда они исчезли из поля зрения, я осталась стоять на месте, чувствуя, как пустота разрастается внутри меня.
Я не собиралась больше бегать за ним.
Вспомнились слова мамы: «…Если ты решишь не сообщать ему о малыше, как ты будешь чувствовать себя потом? Не будет ли это грызть тебя изнутри? Не будешь ли ты жалеть о том, что не дала ему шанс узнать своего ребёнка? Хорошенько все взвесь, милая».
Он сам все решил за меня. За нас.
Он разрушил нашу пару, разбил в дребезги мое сердце. У меня должна остаться хотя бы гордость.
Я ждала его, а он прислал друга и «передал ему меня».
