Автор
В понедельник мир Лизы рухнул: компания, которую она возглавляла десятилетиями, была продана Колокольцевым. Атмосфера в офисе напряжена, как и между ее коллегами-бывшими сотрудницами, когда стало известно об этом потрясающем событии.
Прижимаюсь всем телом, запоминания его тепло. Словно надолго прощаюсь, насовсем. Но появляется Сонька, которая подвигает меня и ластится к Троянову, требуя немедленно взять на руки.
- Ты куда? – Уже привыкла, что он всё время рядом и сейчас у ребёнка много вопросов.
- Я уезжаю, но скоро вернусь обратно.
Сергей целует дочь в обе щёки попеременно, отчего Сонька заходится радостным визгом и хохочет.
- Куда?
- В большой город Санкт-Петербург. Это далеко, нужно лететь на огромном самолёте. Но я быстро вернусь, ты даже не заметишь.
- Люсю!
- Ещё одну? - Троянов кривиться. – У тебя их штук семь или восемь. Может, что-нибудь другое?
- Нет, Люсю!
- Ну ладно. Люся так Люся. А Люся с какими волосами должна быть – чёрными или белыми?
- Такими. - Сонька машет перед Сергеем старой куклой с жёлтыми запутанными волосами, больше похожими на паклю.
- Ясно. Ещё один цыплёнок, - закатывает глаза, а я тихонько хихикаю, представляя, как Серёжа выбирает такую же страшную куклу.
Обнимает Соню, крепко прижимая к себе.
- Ну всё, девочки, до послезавтра.
Дверь за Сергеем закрываемся, отчего становится холодно и неуютно. Даже противно. Так и стою, гипнотизируя входную дверь. Через сорок минут самолёт поднимется в небо, а уже через несколько часов Троянов вернётся в свою привычную жизнь, где всем руководит отец.
Сможет ли противостоять? Сможет ли бороться? Вернётся ли к нам? Я узнаю в субботу. Или не узнаю никогда.
Тут же набираю сестру, которая переживает за наше счастье с Трояновым не меньше меня.
- Улетел?
- Да. Заверил, что вернётся в субботу, но…
- Что, но?
- Не знаю, Арин, сможет ли бодаться с отцом? Не так всё просто. Троянов-старший не так покладист, как кажется Сергею.
- Сергей лучше знает собственного отца. И какие рычаги воздействия применить тоже знает. Мы с тобой рассуждаем со стороны, а он всю жизнь с ним прожил.
И Арина права, что я могу сделать? Ничего. Не имею права голоса. Меня его лишили ещё три года назад, когда папаша жёстко указал на выход, сделав всё, чтобы наши отношения с Серёжей закончились навсегда. Сейчас я подобна стороннему наблюдателю, который просто выжидает, чем закончится сражение.
- Наверное, ты права. Остаётся только ждать.
