Автор
В понедельник мир Лизы рухнул: компания, которую она возглавляла десятилетиями, была продана Колокольцевым. Атмосфера в офисе напряжена, как и между ее коллегами-бывшими сотрудницами, когда стало известно об этом потрясающем событии.
- Лиза рядом, но смотрит в другую сторону, словно мы два совершенно посторонних человека, просто из вежливости общаемся в силу сложившейся ситуации.
- В курсе. Ты – мой огонь. И я готов сгореть в твоём пламени, насколько бы уничтожающим оно не было.
- Много слов, Серёжа, - впивается в меня взглядом. – Честных, глубоких, безумно нужных, но…
- Но?
- Но я хочу, чтобы всё это ты мне сказал сразу после фразы «я свободен». Я тебе верю. Настолько, что готова закрыть глаза и топать за тобой в темноте в любом направлении.
- Никогда, Лиза. Я не идиот, прекрасно понимаю, что больше шансов у нас не будет. У меня не будет. Или сейчас, или больше никогда.
Не отвечает. Сосредоточена на своих мыслях. Перемалывает, обдумывает, прикидывает варианты. Солгу или нет? Не солгу. Не получится. С кем угодно, только не с ней. Читает подобно древней рукописи, которую сама же и написала.
- Поехали. Достаточно присутствовали. - Кладу ладонь на талию, подталкивая вперёд.
- Так быстро? Троянов, я платье дольше надевала, чем мы здесь были, - закатывает глаза, а сама быстро перебирает ножками.
Знаю, что сама не против покинуть это представление, оказавшись со мной наедине.
- Трёх часов вполне достаточно. Чем дольше мы здесь, тем меньше времени ты будешь моей. Так что хватит. Поехали наслаждаться друг другом.
Машина уже ждёт. Нанятый водитель послушно исполняет указания. Ныряем на заднее сиденье, наконец, оставшись наедине.
Становлюсь безумным, ощущая её мягкую задницу, плотно обтянутую тканью. Прижимаю, впиваясь в сладкие губы. Отвечает мне яростно, страстно, сминая плечи и прижимаясь грудью.
- Сумасшедший! – Бьёт кулачком по моей груди, и снова припадает к губам, проникая языком и прикусывая.
- Таким меня делаешь ты.
И я уже не могу остановиться в стремлении прикоснуться к бархатной коже, пылающей под моими руками. Сминаю грудь, так аппетитно сжатую платьем и ныряю языком в манящую ложбинку.
Лиза выгибается. Тихий стон подстёгивает, а частое дыхание обжигает жаром. Плыву. Не вижу никого и ничего, лишь моя женщина тает, отвечая дикой жаждой и разжигаемым желанием.
Задираю платье. Пальцы сами тянутся к кружевным трусикам. Уже мокрая, возбуждённая. Течёт, ожидая меня.
