Автор
В понедельник мир Лизы рухнул: компания, которую она возглавляла десятилетиями, была продана Колокольцевым. Атмосфера в офисе напряжена, как и между ее коллегами-бывшими сотрудницами, когда стало известно об этом потрясающем событии.
Понимает, кто стоит у неё за спиной, и тут же сжимается подобно стальной пружине на максимум.
Оборачивается, и я встречаюсь с безмерной паникой в потухшей зелени. А ещё я вижу… вину. Настолько явную и откровенную, что как бы не старалась, Лиза не может скрыть чувство, захватившее и парализующее.
Немой диалог из моих вопросов и её возможных ответов. Хаотично бегает взглядом, не решаясь посмотреть в глаза.
Медленно опускаю взгляд вниз, где маленькая девочка боязливо спряталась за маму, лишь немного выглядывая с интересом всё же рассматривая меня.
Опускаюсь на корточки, чтобы поравняться с маленьким человеком, на котором сосредоточено всё моё внимание в данный момент.
Из-под шапочки видны кончики тёмных волос. Тонкое личико, бровки домиком, остренький носик и губки бантиком. И глаза. Большие серые глаза цвета пасмурного осеннего неба, обрамлённые ресницами, настолько пушистыми и длинными, что кажутся неестественными.
Забываю, как дышать, потому сейчас на меня смотрит… я.
Моя маленькая копия заинтересованно хлопает глазами, всё ещё опасаясь выйти из надёжного укрытия.
- Как тебя зовут? – голос хрипит, прокашливаюсь, чем пугаю девочку.
- Соня, - тихий голосок почти не слышен, но для меня сейчас он бьёт самыми громкими звуками через сильнейший усилитель.
- Сколько тебе лет, Соня?
Пара секунд на раздумье и малышка показывает два пальчика. Два года… Или больше?
- А если точно? – Но Соня не понимает о чём я спрашиваю.
- Два и семь, - за дочь отвечает Лиза, переключая внимание на себя.
Цифры складываются именно в то, о чём я так мечтал.
- Лиза…
- Сергей, у тебя никогда не было проблем цифрами. Ты хорошо считаешь.
И я посчитал. Быстро. Моя. Соня моя. В голове звучат победоносные фанфары, заставляя сердце заходиться в бешеном экстазе.
В тот самый момент, когда я сыпал на Лизу обвинениями в мерзкой измене, у неё под сердцем уже была Соня. И она знала.
«Ты не достоин нас…».
И только сейчас, спустя три года, понимаю, что означали её слова, брошенные напоследок.
- Сонечка, пошли домой. Ты кашляешь, а мы уже больше часа гуляем.
Лиза берёт маленькую ладошку и тянет за собой к дому. А я так и стою, не в силах шевельнуться.
- Лиза…
- Пойдём, Серёж, - кивком приглашает последовать за ними, и я покорно передвигаю ногами.
