Автор
В понедельник мир Лизы рухнул: компания, которую она возглавляла десятилетиями, была продана Колокольцевым. Атмосфера в офисе напряжена, как и между ее коллегами-бывшими сотрудницами, когда стало известно об этом потрясающем событии.
Три часа, проведённые ими наедине, вызвали доверие к Сергею, и сейчас его нахождение рядом принимается Соней как само собой разумеющееся.
Даже, когда пошла купать дочь, Троянов отправился с нами. Просто смотрел, как Сонька плещется в воде. Отказался помочь, опасаясь сделать что-то не то, но легко подхватил дочь, завёрнутую в полотенце, чтобы отнести в спальню."
"И вот, когда Соня, наконец, уснула, мы смогли остаться наедине.
- У тебя есть фото с самого начала? С рождения Сони?
- Много. Фотографии и видео.
- Покажи. Я хочу посмотреть всё.
Приношу ноутбук, выставляю перед Сергеем, включая с самого начала, со дня её рождения. И Троянов теряется…
В этот момент перестаёт слышать и видеть, полностью погружаясь в цветные картинки. Сосредоточен исключительно на рассматривании дочери, словно и нет меня, только он - один на один с воспоминаниями.
- Я столько всего пропустил, Лиза, - шепчет, не отрывая взгляд от монитора.
- Серёж, что ты чувствуешь? – Решаюсь спросить о том, что больше всего сейчас волнует.
- Я не знаю… - Растерянно пожимает плечами.
- Тебе всё равно? – До дрожи в коленях боюсь получить утвердительный ответ.
- Нет-нет, Лиза! Все чувства свернулись в огромный ком, сплетаясь множеством новых для меня ощущений и пока не способен соединить всё это в конкретное определение. Для меня всё это удивительное, непривычное, ранее не прочувствованное. Но это не любовь, в привычном понимании – это что-то большее.
Троянов растерян.
- Иди сюда. - Отвечаю на просьбу Сергея, приближаюсь, ту же оказываясь на его коленях.
- Была уверена, что сорвёшься в обвинения, - сейчас самое время озвучить пугающие меня предположения.
- Обвинения? – удивляется. – Нет, Лиза, винить я могу исключительно себя.
Впервые за долгое время так спокойно.
Двое, уставшие от обвинений и обид, в конце концов смогли отпустить прошлое, которое настойчиво мешало появлению нового. Всё по-другому.
