Автор
В офисной одисее теперь царит молчание — все сотрудники переместились в мощный концерн. Успех стал угрозой: нас ждут неизвестные перемещения и возможно увольнения. Но я так долго работала над своим отделом развития, чтобы занять ключевое место, сейчас всё к этому шло.
Я касаюсь пальцами его щеки, глажу, и чувствую, как у меня выступают слёзы.
— Как жаль, что я так и не увидела твоих ямочек, на щеках, когда ты улыбаешься, — шелестит мой голос.
Стеф молчит, только тяжело дышит. Потом отстраняется, встаёт, зажигает приглушённый свет, садится рядом, и смотрит долго. Я не отворачиваюсь, хотя меня снова накрывает вина.
— Я прощаю тебя, Роза, — говорит он, и отворачивается, встаёт и одевается, потом протягивает мне мою одежду.
— И отпускаю, — кладёт её на кровать и выходит.
Позже, когда мы подъезжаем к моему дому, я выхожу из его машины, даже не прощаясь.
20
Бегу вся в слезах, по вечернему городу, а в голове всё ещё звучат его обидные слова. Про Илью, про меня. Стеф так и не отпустил этой темы, и как только ступил на порог, сразу стало понятно, что накрутил он себя знатно, за эти два дня.
Впервые так, между нами. Так звонко и зло, столько обиды. Я просто оглушена. Поверить не могу. Что на него нашло? Он чуть ли не положил меня под Илью, такового себе напридумывал. Щеки до сих пор горят, от обидных слов. Я тоже не осталась в стороне, но это уже от обиды, а когда слова закончились, просто выбежала из квартиры, схватила только ключи и телефон, и дверью хлопнула.
Как оказалась в этом баре, даже не помню. Раз и очнулась, среди шума и сверкающих стен. Набрала Женьку, чтобы приехала, денег то нет.
А потом и Машка подтянулась. Подруги были откровенно в шоке, порывались пойти и всё объяснить Стёпе, ведь они там были, но я считала, что это бесполезно. Да и так обидно было, больно.
Топили печаль в текиле."
"Потом появился, откуда-то высокий мужик, и пригласил меня на танец, сперва хотела отказаться, а потом плюнула, да и алкоголя во мне было уже много.
От мужика приятно пахло, табаком, и свежим парфюмом. Он лил и лил мне в уши, а я безучастно кивала. Перед глазами стоял Стёпа, и тут и созрел план отомстить ему. Если уж он взялся ревновать, так пусть ревнует за что-то а не выдумывает того, чего не было.
