Автор
В узких коридорах детского сада звучит голос Ульяны, дрожащий от волнения и гнева. Здесь, где все должно быть спокойно и безмятежно, мир внезапно разбивается на тысячи кусочков, когда Макс скрывает факт беременности, принуждая Ульюна оставить его. Начало романтической истории терпит полный провал, оставляя читателей с гнетущим вопросом: что же делать дальше?...
Похоже, «Бывшие. Соври, что любишь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Я уже собираюсь уйти, даже поднимаюсь с места, как дверь распахивается и входит Максим.
— Анна Сергеевна, вы просили заехать, — говорит, не отрывая взгляда от телефона.
— Добрый день, — здороваюсь первая.
Максим поднимает взгляд, замирает, увидев меня.
— Добрый, — произносит уже не так строго.
Мы не двигаемся, смотрим друг на друга, но длится это недолго, потому что с улицы слышен крик и возня."
"Директриса спешит к окну, мы с Максимом тоже.
В школьном дворе драка. Человек пять, мальчишки. Среди дерущихся я узнаю Лешку и Глеба…
— Спокойный и добрый мальчик, да, Ульяна Романовна? — чуть ли не выплевывает директриса.
Глава 19
УльянаВтроем мы спешим вниз, к выходу на задний двор школы. Максим первый, я за ним, в самом конце болтается Анна Сергеевна, которая, очевидно, не привыкла к подобным марафонам.
Во дворе уже собралась толпа, все школьники. Из учителей или охраны не видно никого.
Потасовка нешуточная. По ощущения, пока мы бежали, к драке присоединились еще парочка мальчишек. Среди них я по-прежнему не могу разобрать никого, кроме собственного сына и Глеба.
— Разошлись, пацаны! — громко кричит Никонов, но там такая заварушка, что никто не слышит и внимания не обращает.
Максим без раздумий врезается в эту гущу, принимается оттягивать мальчишек друг от друга. Я тоже спешу туда, расталкиваю детей плечами.
Хотя какие они дети?! Маленькие мужики.
Толпа что-то кричит, тут же верещит директриса, наконец появляется охрана.
По ощущениям, за какую-то секунду во дворе собралась едва не вся школа.
Охранник кидается на помощь — мальчишки продолжают драться и толкать друг друга, а вдвоем с Максимом эту потасовку остановить мы не можем, ребята попросту нас не видят.
Несколько раз мне чувствительно прилетает локтями в ребра, на ноги больно наступают.
В какой-то момент меня грубо толкают. Олег Резник. Я узнаю его. Делает он это не специально — я стояла у него за спиной, и он меня не видел.
Я лечу вниз, на асфальт. Вскрикиваю, потому что от удара о землю разливается тупая боль по бедру и локтю.
Драка прекращается, все замирают и поворачивают голову в мою сторону. Шок. Ученик ударил училку прилюдно.
Максим выпускает какого-то школьника и спешит ко мне на помощь.
— Ты как? — спрашивает тихо и ставит на ноги, как куклу.
Кривлюсь, не могу выпрямиться, потому что все болит.
— Все в порядке, — выдавливаю из себя я.
