Автор
В узких коридорах детского сада звучит голос Ульяны, дрожащий от волнения и гнева. Здесь, где все должно быть спокойно и безмятежно, мир внезапно разбивается на тысячи кусочков, когда Макс скрывает факт беременности, принуждая Ульюна оставить его. Начало романтической истории терпит полный провал, оставляя читателей с гнетущим вопросом: что же делать дальше?...
Похоже, «Бывшие. Соври, что любишь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
А вот ты помнишь, что ответил мне? Ах да, конечно, ты помнишь только то, что хочешь. То, что выгодно тебе. Какая чудесная избирательная память. Но я-то ничего не забыла, я напомню тебе каждое твое слово.
Она сжимает кулаки, того и гляди набросится на меня.
— Ты не поверил мне, когда сказала, что я беременна, Максим! Сказал, что это ничего не меняет. Представляешь? Во мне рос твой ребенок, а для тебя это не значило совершенно ничего. Ты мне не поверил, даже не попытался разобраться! Просто сказал, что я тебе не нужна.
Я немею от услышанного, а по лицу Ульяны бегут дорожки слез, губы кривятся в болезненной улыбке.
— А теперь ты стоишь тут и спрашиваешь, за что я так с тобой? А не пошел бы ты, Никонов?
Все-таки толкает меня.
Я прокручиваю в голове наш разговор.
— Я плохо соображал тогда, Ульяна. Практически не спал. Со всех сторон на меня давили…
— Ох, бедненький! — хлопает руками по бедрам. — А рассказать тебе, как я жила-поживала? Как блевала дальше, чем видела, три месяца? Как похудела до неузнаваемости! Как в больницах лежала на сохранении.
— Я не знал ничего, — произношу растерянно.
— Ну вот теперь знаешь, — произносит холодно. — А сейчас уходи, Максим, ты нам не нужен.
Выкрикивает в сердцах, а у самой руки трясутся. Губы дрожат, слезы льются потоком, не прекращаясь.
Я не сдерживаюсь, срываюсь к ней. С силой вжимаю в себя. Ульяна тут же начинает брыкаться, толкается.
Руки дрожат, пальцы путаются в ее волосах. Грудину разрывает от чувств. Хер его знает, что делать дальше. Как поступить правильно и распутать все, исправить. Но то, что я не оставлю больше ни ее, ни Лешку — факт.
— Перестань плакать, Уль. Все, успокойся, — прошу сдавленно. — Не надо.
Она медленно успокаивается, и я поднимаю ее лицо.
— Нельзя оставаться тут, Уль. Поехали к нам с Глебом? Хотя бы на эту ночь? А завтра поговорим спокойно.
— Нет, Максим, — произносит сдавленно. — Я прошу тебя уехать. Нельзя нам сейчас быть рядом. Наговорим друг другу лишнего, потом жалеть будем. Я хочу побыть одна.
— Поехали ко мне? Я не буду тебя трогать, чтобы не провоцировать. Уйду, ты даже видеть меня не будешь. Просто поехали.
— Ты снова не слышишь меня… — отворачивается.
