Автор
В узких коридорах детского сада звучит голос Ульяны, дрожащий от волнения и гнева. Здесь, где все должно быть спокойно и безмятежно, мир внезапно разбивается на тысячи кусочков, когда Макс скрывает факт беременности, принуждая Ульюна оставить его. Начало романтической истории терпит полный провал, оставляя читателей с гнетущим вопросом: что же делать дальше?...
Похоже, «Бывшие. Соври, что любишь» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
И я сам виноват в том, что не поверил тебе тогда, — поворачивается обратно ко мне и протягивает руку. — Пойдешь со мной?
Смотрю на его руку. Надо идти. Хочешь не хочешь, а из этой ситуации выбираться придется.
Решение я так и не успеваю принять, потому что из калитки выходит Аристарх Вениаминович, бывший ректор моего университета, ныне министр образования и науки края.
— Максим, привет! — тепло улыбается сыну. — А я смотрю, ты не идешь и не идешь в дом. А теперь понятно почему."
"Переводит взгляд на меня и уже широко улыбается.
Когда я училась в универе, ректор всегда казался мне страшно строгим, серьезным, из тех, к кому на кривой козе не подъедешь. А тут милый и улыбчивый дядечка.
— Сын, познакомишь со своей спутницей?
Максим берет меня за руку и вытягивает на свет божий, вернее на улицу. Не обнимает, но руки не отпускает.
— Папа, это Ульяна, моя знакомая. Уль, папу ты наверняка помнишь?
Откашливаюсь и выпрямляю спину.
— Да. Здравствуйте, Аристарх Вениаминович.
— Как тесен мир, — разводит руками. — Жаль, я вас, Ульяна, не припомню.
Задумывается на секунду.
Да, точно не припомнит. Не потому ли, что Макс ни разу не обмолвился, что у него связь со студенткой?
— Проходите в дом, выпьем чаю, с матерью Максима познакомитесь.
— Ой, я не… — начинаю лепетать.
— Конечно, пап, — уверено произносит Максим и тянет меня за руку.
Отец Максима уходит вперед, а я с трясущимися коленками иду за Никоновым.
— Расслабься. Тебя никто тут не съест, — шикает он на меня.
Мать Максима встречает нас на пороге. На меня смотрит удивленно, явно не ожидала, что сын заявится с дамой, но ведет себя очень приветливо.
Вообще я всегда считала, что у Никонова высокомерная семья, но сейчас вижу противоположное.
Пьем чай. Все очень вежливо, никаких сложных или неудобных вопросов. Через двадцать минут Максим говорит, что нам пора, чему я очень рада, потому что к встрече была не готова и откровенно хочу сбежать.
Только когда мы отъезжаем от дома, я шумно выдыхаю и чуть сползаю по сиденью.
— Что, все было так страшно? — хохочет Максим.
— Сложно сказать. Вроде нет, но ощущения, будто по мне асфальтоукладчик прошелся, — отвечаю правду. — Твои родители очень приятные, я по-другому их себе представляла. А они вежливые и тактичные.
Максим откидывает голову назад и смеется в голос.
— Ага. Очень тактичные.
