– Хорошо, – блондинка повернулась к Илье. – У тебя замечательная дочка. Солнышко, река позитива, – затем понизила голос до шепота. – А та блондинка на игре – Светлана Дивная – ее мать? Она вас бросила, ушла к любовнику, и ты хотел ей отомстить?
По потемневшим глазам мужчины и напряженным плечам стало ясно, что Ева без разрешения проникла на запретную территорию. Ей хотелось отменить вопрос, но слово прозвучало. Замерев, как мышь под метлой, девушка ждала ответа. Будет ли он? Тишина становилась тяжелой, давила на плечи.
Мысленно просчитав до десяти, блондинка собралась встать и распрощаться с новыми знакомыми, когда Зверь тихо заговорил.
– На самом деле Наташа – не моя дочь, – он уловил изумленный взгляд собеседницы и пояснил. – Она – дочь моей родной сестры Ульяны. Дивная совратила и увела мужа Ульяны из семьи, а потом издевалась над ней, присылая их интимные фотки. Вместо того, чтобы рассказать мне об этом, Улька молчала, а однажды – когда ребенок был в детском саду – вышла в окно двадцатого этажа.
Ее не спасли. Травмы, несовместимые с жизнью – так сказали врачи. Наташке было всего полтора года. Хорошо, что она этого не видела. Я удочерил племянницу, и теперь она называет меня папой…
Божечки! Во время разговора Ева не дышала. Перед глазами разворачивалась жуткая картина происходящего. Маленькая девочка, преданная отцом и оставшаяся без матери, Зверь, взявший на себя огромную ответственность за жизнь ребенка…
– Я не мог доказать в суде, что Дивная довела Улю до самоубийства.
Судья решил, что у моей сестры была послеродовая депрессия и игра гормонов, а за самосуд я сам мог загреметь в тюрьму. Но тогда я должен был думать о ребенке, поэтому записался на игру, когда увидел на страничке Дивной, что она подала заявку. Правосудие не сработало в реальном мире, но догнало эту тварь в виртуальном. И, знаешь, – в серо-зеленых глазах Ильи полыхнуло пламя. – Я ни секунды не жалел о том, что с ней стало. Она заслужила превратиться в овощ и пускать слюни в психушке до конца своих дней.
Только после этого я смог жить спокойно и растить Наташу. Я отомстил за сестру.
– Подожди, – встрепенулась девушка. – Насколько я знаю, ребенка отдают только в семью. Ты женат?
Кольца на руке Зверя не было во время игры, и сейчас золотой ободок не украшал его безымянный палец. Зачем она это спросила? Почему ее неприятно царапнула мысль о том, что у Ильи может быть полноценная семья?
– Нет, Ев, я не женат.
