Автор
В старом кабинете секретаря, где время кажется замершим, вы вдруг осознаёте, какая у вас роль — бывший босс. Кровь стучит в висках и под напорным взглядом. Вы чувствуете себя почти так же неловко, как когда прятали свою настоящую жизнь за отчествами.
Она обидела парня, и естественно, что тот не хочет больше общаться. Не в обиду Маше.
— Сказал тот, кто божился, что на дух меня не переносит. — Саша трясет в воздухе безымянным пальцем с увесистым бриллиантом. — А в итоге женился и каждое утро таскает мне свежие маффины. Короче, Маш. — Она заговорщицки играет бровями. — Если Тимур по-прежнему тебе нравится, бери его в оборот. Поверь моему опыту: он точно тебя не забыл и хорохорится из страха, что ты снова его кинешь. Я настроилась поесть мусса из крабов на вашей свадьбе.
— Я обязательно скажу об этом Тимуру, — улыбнувшись, киваю я.
— Даже не сомневаюсь в этом, — смеется Саша.— Жаль, что я его лица в этот момент не увижу. Ладно, пойду мужа приласкаю. А по поводу голубоглазой обиженки держи меня в курсе!
Закончив вызов, я снова открываю галерею и разглядываю фотографию Тимура. Кое в чем Саша все-таки не права. Он даже с перекошенным лицом выглядит очень красивым. А вдруг мы действительно с ним поженимся? В вопросах отношений у сестры имеется феноменальное чутье, которое я объясняю тесной энергетической связью с космосом.
Надо сделать ему что-то приятное и обязательно своими руками. Например, подарить картину, выложенную камнями, или слепить вазу из глины. Или сплести браслет с бусиной дзи на удачу.
Поняв, что камней нужного размера в округе я не найду, как, впрочем, и хорошего гончарного круга, я решаю остановиться на браслете. Красивый и уместный подарок, который подойдет к его костюму.
Нахожу в интернете магазины товаров для рукоделия и кидаю все необходимое в корзину.
Прикрыв ноутбук, я спешно сбегаю по лестнице вниз и застаю его в тот момент, как открывается дверь.
— Как ты на этой трахоме коротколапой ездишь, Маша, — ворчит дед, завидев меня. — Она пузом проскребла каждую кочку, которых тут в помине нет. Полдня в этом корыте поездил, и хребет трещит. Комфорта никакого. Говорил же твоему папаше: бери гелендваген, но он разве слушает? Порше-Морше внучке моей купил, а о безопасности не подумал.
— Дедуль, у меня к тебе разговор есть, — пританцовывая на месте от нетерпения, сообщаю я.
— Валяй, Маша. Но учти, денег на приют для хомяков больше не дам. Хватит с меня твоей благотворительности, а то не дай боже замироточу.
— Там были не только хомяки, но и морские свинки — отказники, — решаю нужным уточнить.
— Да хоть крысы-параолимпийцы.
