Мама слушает внимательно, кивает, вопросы уточняющие задает, и я вхожу во вкус. И про завод, и про Черенцова, и про планы на будущее.
Мама одобрительно улыбается, но за улыбкой ее тоска какая-то прячется.
Встает и начинает мыть посуду, протирает столешницы, из сумки своей контейнер пластиковый вынимает."
"— Я печенье сегодня утром испекла, думала, ты ко мне приедешь. Но вот, сама тебе привезла.
— Спасибо. С кунжутом?
— Да.
Продолжает суетиться, а я суп доедаю.
— Мам…
— М?..
— Почему ты отца не простила?
— А почему я его прощать должна была?
— Но он ведь раскаивался? — затаив дыхание, спрашиваю я.
— Не знаю, — хмыкает тихо, — я ему не поверила.
— Почему?
— Не убедителен был.
Чувствую, как тянет все внутри, дышать становится труднее. Отложив ложку, переношу вес на сложенные на столе руки.
— А как?.. Мам, как убедительным быть?
Оглянувшись через плечо, она посылает мне говорящий взгляд.
— Все не успокоишься?
Мотаю отрицательно головой. Сказать не дает вставший в горле ком.
— Не трави ты девчонке душу, сынок.
— Я вернуть ее хочу. Насовсем.
— Зачем? — спрашивает удивленно.
— Не могу без нее. Люблю.
— Любишь? Из-за нее, значит, напился?..
Подтверждаю молчанием.
— Делать что? Что должен был сделать отец, чтобы ты его простила?
— Не знаю я! Если бы это было так просто, люди не разводились бы из-за измен!
— Но должен ведь быть какой-то способ?! Живут же люди после этого вместе!
От бессилия волосы рвать на голове охота, только хрен поможет!
Слабо признаться, что опоздал?! Что похерил самое дорогое, что имел. Бездарно просрал смысл жизни.
— А как они живут?.. Руслан, ты интересовался?
Да, пример Просекиных перед глазами. Так я не хочу. Хочу назад свою семью, в точности такой, какой она была до всего этого пздца.
— Что мне сделать, мам? Хотя бы намекни… Она знать меня не хочет, говорит, что ненавидит.
— Я бы тоже ненавидела… — проговаривает задумчиво, — начни с себя, Руслан… Ты думаешь, Маша простит, если узнает, что ты до сих пор… вон с этими встречаешься?
На царапины мои намекает, что ли?..
— У меня с развода никого не было, мам. Это не то, что ты подумала…
— Ну, да, — усмехается она.
— Это Маша. Только без подробностей…
Слегка покраснев, мама убирает со стола мою тарелку, моет ее, убирает в шкаф. Уточняющих вопросов не задает.
— Так сразу она тебя не простит. Это длительный процесс.
— Что делать? Конкретно?..
— Я не знаю. Бери в осаду, — пожимает плечами, — доказывай, что раскаялся…
— Если бы отец тебя в осаду взял, ты бы простила?
— Не знаю, возможно… Не знаю…
Глава 45
Наспех расчесываю волосы, собираю их заколкой и поправляю на шее воротник водолазки. Никто ничего не заметит.
Бросив взгляд на наручные часы, бегу на кухню допить почти остывший кофе. Беру чашку в руку и останавливаюсь у окна.