Автор
Кухня пахнет свежим мясом и засыпанным кориандром, наполняя ароматами нового дня. Суп с телятиной остывает на сковороде, готовясь стать частью обеда, который муж несомненно отведает. Отсутствие внимания к приготовлению еды говорит о разлуке и усталости, ощущаемой даже в простом домашнем ритме....
Руслан молчит с минуту, а потом переворачивает меня на спину и утыкается своим лбом в мой.
Смотрит в глаза, дышим дыханием друг друга.
— Я знаю, что ты чувствовала тогда, — произносит он, — это страшные мучения, Маша. Адские. Прости…
Разве? Он не прочувствовал и сотой доли того ада, который я прошла. С чего он решил, что понимает меня?
— Если бы у тебя с Волковым что-то было, я бы… я бы не справился…
Воздух застревает на выходе из горла, по ногам и плечам тянет морозом. Смотрю в глаза бывшего мужа, не мигая.
— Маша?.
Язык намертво присыхает к небу, в ушах начинает шуметь.
Руслан каменеет.
— Почему ты молчишь, Маш?..
— Отпусти меня домой.
Руслан отводит взгляд и смотрит в стену поверх моей головы. Дышит тяжело, через рот. Пальцы на моем плече превращаются в плоскогубцы.
Горло забивает паникой и жалостью.
— Руслан…
— Ничего не было. Скажи…
— Тебе это не нужно, — шевелю неслышно губами.
— Маша! — взрывается он.
Глава 65
В глазах неверие и шок. Кожа стремительно бледнеет.
Мое сердце разрывается на части.
Но врать и юлить, чтобы успокоить самолюбие бывшего мужа, я не стану.
Пользуясь его оцепенением, осторожно выбираюсь и начинаю одеваться. Слышу скрип матраса, а потом тишина.
Я надеваю белье, кое-как, непослушными пальцами застегиваю бюстгальтер и натягиваю чулки.
Руслан молчит. Сидя на кровати спиной ко мне, обнимает голову руками.
Боже… теперь все.
Точно конец.
Чувствуя, как глаза наполняются слезами, ускоряюсь. Натягиваю на себя платье, молнию застегиваю только наполовину. Обматываю шею шарфом и хватаюсь за пальто.
— Когда? — доносится до меня безжизненный голос Руслана.
— Что?..
— Когда это случилось, сколько раз?..
— Зачем тебе? Я же у тебя не спрашивала…
— Ответь!
— Один, — выдавливаю с трудом.
Горло осипло. Сильно хочется воды или прокашляться.
— Когда?
— Я не помню, Руслан.
Всовываю руки в рукава и беру свою сумку.
— До закрытого клуба или после?
В голове всего за мгновение нарастает давление и начинает шуметь. В глазах черные точки, а в животе болезненный вакуум. Я могла бы сказать, что до, но…
— После.
Сидя ко мне спиной, он вздрагивает всем телом.
— Иди.
Не помню, как я очутилась на улице. Проношусь мимо стоянки и бегу по заснеженной аллее.
Останавливаюсь, когда кто-то в спину кричит, что я потеряла шарф.
