В Бывшем мир переплетается таинственными узами — вереница судьбы и обреченности охватывает Веронику. Ее прежний муж, оказавшийся незаподозренным возвращением из заграницы, внезапно превращает ее жизнь в ад. Сияющая его успехом жизнь кажется выжженной землей, где не остается ни малейшего намека на счастье или любовь. Вероника вынуждена жить в тени, скрепляя мертвой хваткой чужие дети и свою страдную судьбу....
- Все время он был рядом, а я не почувствовал! Где она, пресловутая интуиция?! Хотя нет. Наверное, что-то чувствовал. Ведь тянуло меня к нему. Любил его всегда, уважал. Оттого и больно было от его предательства. Вот гадство! Жизнь - дерьмо!"
"В этот момент Вероника почувствовала перелом у себя в душе. Резкий надлом. Словно вывернули душу наизнанку, и увидела она Коршуна другими глазами. Одинокий, немолодой мужчина, гонимый всю жизнь с самого детства, детдомовский, как и ее Андрей. Битый жизнью не раз. Вот и сейчас получил нож в спину.
- Жалеешь?
В голосе нотки разочарования и злости.
- Нет. Просто сочувствую. Я - мать, я все понимаю.
Владимир не посмотрел на нее, но внутренне напрягся.
- Я час назад приказал в твоем Андрее просверлить маленькую дырочку, а потом сжечь вместе с машиной. Это ты тоже понимаешь?
Вероника тяжело вздохнула.
- Вы это говорите, чтобы я начала вас презирать?
- Ты и так презираешь. А я уже привык. Меня этим не удивишь. Я не конфета, чтобы все любили. – хохотнул нервно, - и даже не сто баксов.
Вероника посмотрела на его заострившийся профиль.
- Если бы ваши внучки вас хорошо узнали, они любили бы вас гораздо больше, чем конфеты.
Наверное, если бы она ударила его в солнечное сплетение даже тогда на его лице не застыло бы такое болезненное выражение.
- Молчи, Вероника. И так тошно. Молчи. Я потом с этим разберусь.
Вдруг Ника почувствовала, как холодный пот заструился по спине.
- Девочки! Они должны быть с Андреем. Они могут быть в этой машине.
Владимир резко въехал на улицу с новостройками, где еще только зарождался новый район, и кроме подъемных кранов и гор песка и цемента ничего не было. Ни одной живой души. Остановил автомобиль.
- Сиди в машине, слышишь? Сиди и не высовывайся, что бы ни случилось.
- Я так не могу.
- Тебя приковать наручниками или могу поверить на слово?
Вероника схватила Владимира за руку.
- Там мой муж и, возможно, там мои дети, я не буду сидеть и ждать неизвестно чего. Вы бы ждали?
- Я - нет. А ты будешь!
С этими словами он вышел из автомобиля и заблокировал пультом все двери.
Ника закричала, ударила руками о стекло. Но Владимир уже побежал в сторону стройки.
Время колотилось у нее в висках рваным пульсом.
