Автор
В бывшем доме, где некогда царила неукротимая власть тюрмеров, теперь звучит будильник под гулкий стук ветра. Здесь жизнь идёт своим чередом: отчаяние в глазах узников за окном, молчаливая надежда внутри. В главе "Кем я буду?" главный герой Николь смотрит на мир через новые очки реальности после побега....
— И как тебе новое твое жилище? — с издевкой спрашивает голос из-за спины. — Достойно?
Я оборачиваюсь и вижу Ника, облокотившегося на косяк и закрывающего собой весь дверной проем. Он внимательно смотрит на меня, будто изучая мою реакцию.
— Она очень благодарна за вашу милость, — отвечает за меня госпожа Эйнд.
— Я не вас спросил, госпожа Эйнд, — жестко обрывает ее Ник.
Она поджимает губы и бросает на меня недовольный взгляд.
— Все хорошо, благодарю, господин Сайланд, — отзываюсь я.
Вместо этих хором я предпочла бы маленькую каморку, но вместе с сыном.
Он подходит ко мне и забирает у меня поднос, передавая его госпоже Эйнд.
— Отнесите на кухню, — приказывает Ник. — В последующем моей помощнице накрывать в столовой вместе со мной.
Лицо служанки удивленно вытягивается, но она достаточно быстро берет себя в руки.
— Как скажете, господин, — отвечает женщина и, наградив меня презрительным и не обещающим ничего хорошего взглядом, выходит.
Мы остаемся наедине с Ником. От его присутствия все тело покрывается гусиной кожей, сердце начинает трепыхаться, как птичка в клетке.
Ник поднимает руку и едва касается моей щеки.
— Ник! Я решила сделать тебе сюрприз! — в гостиной раздается женский голос.
Глава 9. Тина
Я отшатываюсь, в испуге глядя на дверь. В проеме появляется хрупкая светловолосая женщина чуть старше меня. Ее струящееся голубое платье подчеркивает точеную фигуру, а явно наполненный магией амулет говорит о большой силе и высоком статусе.
— Вот ты где, а я тебя обыскалась, — говорит она и спокойно проходит в комнату.
Ник оглядывается и впервые за то время, пока я здесь, открыто и искренне улыбается. Он подходит к ней и крепко обнимает. Во мне зарождается огонек зависти: когда-то мне Ник тоже улыбался широко и открыто. Теперь же награждает меня исключительно только хмурым взглядом и ледяным тоном.
Если бы я могла понять за что. На мои вопросы он предпочитает не отвечать, как будто я должна сама догадаться.
— Ты не предупреждала, что прибудешь, — с теплотой в голосе произносит Ник. — Тебя могли перехватить патрульные.
Женщина отмахивается, как будто это все ерунда.
— Я секретарю твоему писала, — сообщает она. — По бумагам оформлено как надо. А так они и так меня прекрасно знают в лицо.
Она настолько хороша, что кажется, что светится изнутри, а своей улыбкой может согреть.
