Автор
В бывшем доме, где некогда царила неукротимая власть тюрмеров, теперь звучит будильник под гулкий стук ветра. Здесь жизнь идёт своим чередом: отчаяние в глазах узников за окном, молчаливая надежда внутри. В главе "Кем я буду?" главный герой Николь смотрит на мир через новые очки реальности после побега....
Получается, что если это Ник выглядит преступником, то на стороне Гардариана могут выступить все остальные кланы?! Это же заведомо проигрышная война!
Айлин берет меня за руку и уводит, хотя мне до безумия хочется вцепиться в рукав Ника, не отпускать его и самой никуда не уходить.
До самого вечера время проходит в сборах и практически в полном молчании. Слишком многое крутится в голове, настолько много всего, что превратить это в слова никак не выходит."
"Ненадолго успеваю зайти к сыну. Он все еще спит, это даже начинает беспокоить, но Берта убеждает меня, что порой драконы после пробуждения могут спать несколько суток подряд: набираются сил и общаются с человеческим “я”.
Такое ощущение, что он в один момент стал взрослее и серьезнее. Но я не могу сдержать слезы при мысли о том, что все получилось, что Ник был рядом в нужный момент, что он… Боги! Он готов отстаивать нас и не отдавать.
Что? Я не понимаю, что тогда заставило его принять это странное решение и дать согласие на мой брак с другим? И причем тут кольцо?!
Засиживаюсь допоздна в общей комнате в покоях.
Но теперь я в курсе, что границу Ник сдерживает в том числе своей магией, и каждый прорыв — это фактически дыра в его магическом резерве. Если их будет много, то либо Ник отпустит защиту, и тогда войска схлестнутся в прямой битве, либо он ослабнет и не сможет сам сражаться.
Ни тот ни другой вариант совсем не радует. Я никак не могу прогнать волнение и отправиться в кровать, даже несмотря на то, что вставать придется рано. Не хочу уходить, так и не поговорив с Ником. Слишком много хочется сказать и спросить.
Видимо, я даже успеваю задремать, потому что просыпаюсь от запаха кедра, смешанного со свежестью зимнего леса. Меня нежно, как хрупкую вазу, прижимают к горячему мускулистому телу.
Поднимаю глаза, скользя взглядом по шее, упрямому подбородку и высоким скулам.
Касаюсь пальцами его щеки с едва заметной светлой щетиной, обвожу контур его чувственных губ, видя, как темнеет его взгляд от этого действия.
— Ник, — шепчу я, понимая, в чем именно я сейчас отчаянно нуждаюсь. — Поцелуй меня.
Глава 36.
