Встреча в Москве захлынула туманом разногласий. Только что вступили в мир новой жизни, а сейчас уже ссоримся как ни в чем не бывало. Я расправляюсь с тревожными мыслями, нанося на живот геленок — временное решение для кожи. Позавтракав и проехав с Лёвой до его дому после долгих дней отсутствия, чувствуем себя как никогда близко....
Или это часть плана? Прикинуться дурочкой, а потом переиграть всех?
Склонив голову, я выдержала ее прямой насмешливый взгляд.
– Перечитала теории заговоров? – я зачерпнула «зонтиком» облачко воздушной пенки. – Возможно, я тебя разочарую, но мы уже более полугода вместе, потому что у меня нет и не было никакого плана, – невинно улыбнувшись, я разделалась с остатками коктейля.
– Меня зовут Валя.
– Вика.
Её серые глаза вновь наполнились пренебрежением.
– Не буду врать, что мне приятно! Но все может быть.
Внезапно у меня возникло стойкое ощущение, что профессор Преображенский жив и продолжает активно оперировать собак.
– Ты всерьез считаешь, что мне нужно ваше одобрение?
– Хочешь ты этого или нет, но мы с Царевыми много лет варимся в одном котле. И редко принимаем чужаков… – она многозначительно скосила глазки в сторону бассейна.
Обернувшись, я обнаружила, что розововолосая буквально повисла на плече Льва, а он, жизнерадостно улыбаясь, нашептывает ей что-то на ухо.
– Да, у Агаты и Льва много общего… – констатировала Валя, перехватив мой взгляд, – у них впечатляющее совместное прошлое.
С деланным безразличием я вцепилась в новый коктейль, протянутый услужливым барменом.
– Я в курсе.
– И о чем же ты в курсе? – платиновая блонди явно наслаждалась ситуацией, однако я не собиралась сдаваться без боя."
"– Лев говорил, ты при любой возможности вешаешься на Мишу.
Валя изменилась в лице. Самоуверенное выражение потрескалось и рассыпалось, словно глиняная маска. Её нижняя губа задрожала.
И у тебя, красавица, есть ахиллесова пята…
– Это… это неправда… Мы с Мишей просто друзья! – пробормотала, глотая окончания слов. – И всегда ими были. Я дорожу нашей дружбой!
– Охотно верю! – усмехнувшись, я пожала плечами.
– Кстати, о Мише… – ее голос наполнился угрожающими нотками, – он еще больший дикарь, чем даже Лев.
Внезапно я почувствовала слабость в ногах. Обернувшись, напоролась на сосредоточенный прямой взгляд близнеца. Он стоял в одних плавательных шортах, облепивших мускулистые бедра, и, поднеся запотевшую бутылку воды к губам, смотрел на меня исподлобья.
