— Хвостом своим клянусь, — завопил Жучок, — не я! Чтоб я на царя-батюшку лапу поднял?!!
— А уж как я его уговаривал, — прижал руку к сердцу Виталик, глядя честными глазами на Василису, — как оттаскивал от кормильца нашего, но ты же знаешь, Жучок такая сволочь!
Царица подошла к Виталику, взяла его за грудки и… расцеловала в обе щеки.
— Спасибо тебе, сплетник. Давно об этом мечтала, да не поднималась рука на болезного.
Янка радостно взвизгнула и бросилась целовать свою тетку.
— Все, все, — начала отмахиваться от нее царица. — Чаем-то напоите?
— Конечно! Подсаживайся к столу.
Янка кинулась разливать по чашкам чай. При этом девица так сияла, что Василиса изумленно вскинула брови и подозрительно посмотрела на Виталика.
— Чего это твоя хозяйка так светится? — спросила царица.
— Потому что она теперь по-настоящему моя хозяйка, — пояснил юноша. — Мы решили пожениться.
— О! Поздравляю. — Василиса подтянула к себе племяшку и поцеловала ее в раскрасневшуюся от смущения щеку. Виталик тут же подскочил к державной, демонстративно подставил свою щеку, но вместо поцелуя схлопотал ласковую пощечину от Янки.
— Перебьешься. Тебя уже целовали.
— Ревнует — значит любит, — радостно сказал Василисе юноша.
— Чисто дети, — покачала головой царица, усаживаясь за стол. — Ладно, давайте чаевничать, а заодно поговорим о делах наших.
— Скорбных, — добавил Виталик, пристраиваясь на стуле рядом с Янкой.
— Да, веселого мало, — согласилась Василиса. — С утра от шемахан пришли расписки Гордона. На триста тысяч. Уму непостижимо! Такую сумму проиграть! Казначей их как увидел, чуть не удавился. Заперся в сокровищнице изнутри и орет, что войдут в нее теперь только через его труп.
— Сто тысяч из этих трехсот можно не отдавать! — успокоил царицу Виталик, — лажа. Он расписку написал, а фишки за нее не получил и даже не использовал.
— Почему? — спросила Василиса.
— Потому что я его оттуда уволок, пока он всю державу не проиграл. Правда, для этого ему пришлось немножко навтыкать, но, сама понимаешь, это все во благо отечества."
"— Понимаю, — вздохнула царица, подула на чай, осторожно отхлебнула. — Вообще-то это жульничество! — внезапно обрадовалась она. — Пытались нагреть царя-батюшку на сто тысяч! Чем не повод выставить их разом всех с Руси?
— Не получится, — отрицательно мотнул головой Виталик. — Вернее, вытурить-то их, может, и получится, но у меня сложилось впечатление, что только ценой жизни нашего царя… — царский сплетник покосился на Янку, — …и не только его.
— С чего ты взял? — тревожно спросила девушка.
— С того, что их царица несколько часов назад мне об этом практически напрямую сказала.
— Царица? Какая царица? — не понял Жучок.
— А ты забыл, с кем ночь провел? — рассмеялся Виталик.