— И что, ни одного из асассинов серьезно достать не смогли?
— Я одного из пистоля срезал, — уверенно сказал Митяй, — черепушка, как гнилой арбуз, разлетелась.
— Срочно сюда его тело! — встрепенулся Виталик.
— Нет тела, кэп, — огорчил шефа Семен. — Асассины его с собой унесли.
— А вы что, догнать не могли? — разозлился юноша.
— Так они ж его через портал унесли, — развел руками боцман.
— Тьфу! Много их было?
— Да не очень, — признался Семен, стыдливо пряча глаза. — Человек пятнадцать — двадцать, нас было больше. Но они дрались как черти!
— Ладно, верю, — начал остывать Виталик. — Знаю, как эти отморозки дерутся. Самого почти по такой же программе биться обучали. Лица запомнили?
— Так они ж все в масках были. Когда мы их уже одолевать начали, с дерева Дон спрыгнул, портал открыл, и они все через него ушли.
— Ах, все-таки Дон! Где это было? — сунул под нос боцману бумагу Виталик.
— Здесь, — ткнул пальцем в чертеж Семен. — Ой, а ведь отсюда, получается, по тебе и стреляли.
— Кое-что проясняется, — пробормотал юноша. — Значит, меня пытался завалить Дон. Осталось выяснить, кто стрелял в Янку с Лилией и кто загасил Соловья. — Виталик задумчиво посмотрел в сторону леса, откуда велась стрельба по девчонкам. — Интересно, их обеих хотели убить или целились в кого-то одного? Кстати, среди асассинов фигуристой девчонки в черной коже не было?
— Какой еще девчонки? — встрепенулась Янка, сразу забыв про травки.
— Ты ее не знаешь, — отмахнулся Виталик. — Навестила меня одна красавица на новой хате этой ночью…
— На какой еще хате? — опешила девица. — Ты что, дома не ночевал?
— Янка, — пощелкал перед ее носом пальцами Виталик, — я не понял, вы там с Лилькой травки изучаете или курите? Мне братва вчера такую домину отгрохала на бывшем подворье Никваса — упасть и не встать! Вот этой ночью туда одна мамзель и наведалась. Сначала я подумал, это та, что меня все время спасала, а потом…
— Та-а-ак… — уперла Янка руки в бока. — Вот, значит, зачем тебе новая хата потребовалась: чтобы девок непотребных туда таскать!
— Янка, не бузи. Невиноватый я. Она сама пришла.
— Сама, значит, пришла… — начала наступать на Виталика Янка, глазами выискивая в траве что-нибудь поувесистее, но ни метлы, ни ухвата поблизости не наблюдалось.
— Сама. Вся такая фигуристая, в черной коже, — откровенно поддразнивал подругу сплетник.
— Так она еще и эфиопка!
— Вот тут ничего не могу сказать. Но кожа на ней была натуральная, никакой синтетики.
— Помнится, ты мне рассказывал про садо-мазо. Сейчас я тебе его устрою. Ах ты…
Смеющийся Виталик перехватил рвущуюся в бой Вдовицу и нежно чмокнул в воинственно вздернутый носик.
— Янка, она убивать меня приходила. Вот только руки коротки оказались.