Егор, современный ментор в советской школе, ведёт двойную жизнь: днём он ученик, ночью — теневой бизнесмен. Преследуя благородную цель, он готов пойти на любые сделки с совестью. На его пути встанут испытания, которые заставят пересмотреть границы между честью и выживанием.
Эта страница Chitat.online посвящена книге «Цеховик. Книга 8. Запах денег»: читатель видит описание, автора, жанры и может сразу перейти к чтению полной версии в браузере.
Егор, современный ментор в советской школе, ведёт двойную жизнь: днём он ученик, ночью — теневой бизнесмен. Преследуя благородную цель, он готов пойти на любые сделки с совестью. На его пути встанут испытания, которые заставят пересмотреть границы между честью и выживанием.
После карточки книги можно перейти к другим произведениям автора, близким жанрам, сериям и тематическим подборкам.
Егор, современный ментор в советской школе, ведёт двойную жизнь: днём он ученик, ночью — теневой бизнесмен. Преследуя благородную цель, он готов пойти на любые сделки с совестью. На его пути встанут испытания, которые заставят пересмотреть границы между честью и выживанием.
Используйте жанры, блок похожих книг, другие произведения автора и тематические подборки ниже на странице.
Проверьте описание, автора, жанры, дату выхода и соседние книги: это помогает понять, подходит ли произведение под ваш запрос.
А через меня будет проще, быстрее и надёжнее, потому что я уже здесь. Вот и всё, а так вольному воля. Ты подумай, короче, посоветуйся.
— Слушай, а Беллу кто-нибудь доит?
— Нет, конечно, — усмехается он. — На разных этапах её цепочек присасываются, разумеется, но к самой… нет. Она кручёная с Медуновым дружбу водит, а тот с генсеком вась-вась. А ты как с генсеком?
Как я с генсеком? Взасос, буквально…
— А где катран твой? Туда как, с улицы-то зайти можно?
— Хочешь сам что ли сходить?
— Приятелей отправить хочу, пусть встряску и жизненную закалку получат.
— Разуют, — смеётся он. — Там матёрые каталы. Клиентов мало, не сезон. Накинутся и раздербанят в один миг, как стая волков. Только пёрышки полетят.
— Зато будет, что на старости лет вспомнить, — улыбаюсь я.
— Ну смотри, как хочешь, — кивает он. — Дружки потом тебе всю жизнь вспоминать будут.
— А что с Айгуюль у тебя бы… — начинаю я, но он обрывает.
— Нет, брат, ничего не было, об этом мы говорить не будем.
— А про червонцы? Про червонцы золотые можешь рассказать?
— Кое-что, значит, слышал обо мне? — изучающе смотрит он на меня.
— Очень мало, — признаюсь я, пытаясь припомнить, что читал об этом пареньке, который далеко пойдёт, как раз пока не остановят-таки. Почти целым рожком из калаша. В Питере, вроде…
— Ну, там смешно, — говорит он. — Был у меня один мастак, он делал очень похоже голландские дукаты. Хохма в том, что подделывал он поддельные монеты. Те, что чеканили русские цари для диверсий, подкупов, тайных закупок оружия и всё такое. Они были золотыми, но немного отличались от оригинальных. И мои немного отличались.
— Ну, ты красава, Джемал, — хмыкаю я и качаю головой. — Я про такие дукаты и не слышал ничего.
— Ну, это специфическая тема. Русские червонцы тоже были. Лох брал. Цыганское золото, короче. Но это давно уже. Поэтому рассказываю, как о хохме, о шалостях юности. В твоей юности имеются шалости?
— Ну, моя юность ещё не прошла, надеюсь, когда-нибудь расскажу.
— Красава ты сказал? Ну ты-то тоже красава. Давай, погнали, покажу тебе Геленджик. Не набережную, а жизнь разудалую. Да ладно, не менжуйся ты, мусора в холле меня срисовали, я что, сундук тупой что ли, чтобы так подставляться?
— Так ты же сам не хотел со мной светиться, — хмурюсь я.
— Да похер, погнали. Мы только по моим точкам проскочим. Говори стрельщику своему, пусть в тачку прыгает. Заглянем в пару мест и всё.
И, блин… я командую Игорю садиться. Чуйка говорит, что почему бы и нет? Не знаю… я к этому парню испытываю что-то вроде симпатии, чувствую, что не развод, вроде как нормальный он и… короче, действую не по холодному расчёту, а по велению сердца.
