Эпический экстерьер: рост в холке мне по плечо, чистый без примесей золотистый окрас — все показатели выше среднего по породе. У меня тоже не абы кто. В центре лаборатории стояла мантикора — зубы ровные, прикус правильный — заметила для себя проходя. Наступает момент, когда целитель решится на последнюю проверку: сдавайся или будешь очень болеть......
А почему я вообще думаю о лорде Тайны? Я ничего ему не должна, да он, наверное, и сам не спросит. Мало ли, кто у меня живет.
И все же я чемпионка по усложнению себе жизни и наживанию проблем. Будет о чем в старости мемуары писать, если я до этой самой старости доживу, конечно.
20. Диагноз
Дома меня ждал очередной сюрприз. Майк устроился на кухне и беззастенчиво уничтожал запасы из холодильного шкафа. И все бы ничего, да та колбаса предназначалась Цере!
– Ах ты гад! – я отобрала у друга обгрызанный батон.
– Тебе для меня колбасы жалко? – обиделся Майки.
– А какой вкусняшкой мне потом радовать цербера за хорошее поведение и послушание?
– Давай будем считать, что ты меня порадовала за хорошее поведение? – предложил друг.
– Кстати об этом…
Уже по тому, как я начала надвигаться, Майк понял, что дело пахнет жареным, поэтому встал со стула и принялся обходить стол, оставляя между нами препятствие.
– Майк, – ласково сказала я. – А что это вчера вечером такое со мной было, а?
– Сам удивился, – развел руками друг.
– Мне-то не чуждо, но не до такой же степени?! Чем меня вчера напоили?
Я попробовала сделать хитрый маневр, резко дернувшись в одну сторону, а потом побежав в другую, но Майк его разгадал и не повелся. Между нами по-прежнему стояла нерушимая преграда. Точнее, преграда очень даже рушимая, но за чем тогда я буду есть?
– Дорогуша, я уже провел беседу с матушкой, она обещала, что такого больше не повторится, – Майк пружинисто стоял, готовый в любой момент, что к побегу, что к прыжку.
– Ладно, с твоей мамой все понятно. Но ты же видел, что со мной что-то не так, зачем было везти домой, зная, что там Ксавьер?
– А разве тебе не понравилось? – искренне удивился Майк, чем выбесил меня еще больше.
– Вот ни капельки, веришь?
– Он так плох? – посочувствовал лорду друг.
– Нет, дракон тебя сожри, он отлично целуется! – за Ксавьера стало обидно.
– Так… а дальше? Поделись, как все прошло? – заинтересовался Майк.
– А дальше он отправил меня спать, – обломала я лучшего друга.
– И все? – на лице Майка отразилось такое искреннее разочарование, почти детская обида, когда ты на день рождения попросил игрушку, а в коробке тебя поджидала очередная умная книжка.
– Все. Он, в отличие от некоторых, порядочный мужчина.
– Нда… а может, это ты так плохо целовалась?
– Я нормально целуюсь.
