Застукав жениха с лучшей подругой в одиночестве, я быстро отхожу на цыпочках из спальни. Пустота заставляет задуматься: как теперь поступить? Разборки не нужны - мне уже некогда на них гнобиться. Надо что-то конструктивное придумать.
Боги, они даже не повели Геда в храм, а принесли алтарь. Пожалуй, герцог прав, Геду не вывернуться.
Притвориться, что мне дурно, перетянуть внимание на себя? Если бы Геду это было нужно, он бы показал мне знаком. Значит, стою и спокойно наблюдаю.
Придворные спешно расступаются, пропускают процессию, кланяются. Старшая жрица игнорирует приветствия, лишь перед королём она складывает ладони перед грудью. Движение сопровождает мелодичный перезвон бубенчиков, нашитых на безразмерно широкие рукава. Жрица склоняет голову:
– Ваше величество.
– Светлейшая.
Помощницы в отличии от старшей жрицы исполняю реверанс, жрецы же вообще не кланяются.
Король спускается в возвышения, и только после этого жрецы ставят платформу с алтарём на пол.
– Светлейшая, я и его светлость князь Гедан Даларс хотим перед богами стать названными братьями.
– Я вместе с вами буду молить богов, чтобы они приняли ваш союз, ваше высочество.
Интересно, братство будет признано, если боги действительно ответят, как с благословением, или ритуал чистая формальность? Вероятно, формальность.
Жрица обходит вокруг алтаря, взывает к богам. Всего один круг? Неужели настолько торопятся, что вместо торжества, проведут скомканный обряд. Всё же один из участников сам наследный принц. Жрица приглашает принца и Геда встать перед алтарём лицом к залу, сама она занимает место сбоку слева, король, видимо, как почётный свидетель и будущий названный отец, сбоку справа.
Одна из помощниц подаёт жрице чашу, и та водружает её на алтарь, берёт у второй помощницы нож.
– Ваше высочество принц Отгарг, принимаете ли вы его светлость князя Гедана Даарса как своего брата кровь от крови, клянётесь ли вы нести ваше братство отныне и до смерти?
– Да, я Отгарг Флиппский, клянусь.
Почему это похоже… на брачную клятву?! И, кстати, ни слова о непричинении вреда. От братоубийства клятва не защищает.
– Ваша светлость князь Гедан Даларс, принимаете ли вы его высочество принца Отгарга как своего брата кровь от крови, клянётесь ли вы нести ваше братство отныне и до смерти?
Гедан выдерживает паузу, словно отчаянно ищет, за что зацепиться, чтобы отказаться, но окончательно сдаётся:
– Да, я Гедан Даларский, клянусь.
– Мы, Гирдав Седьмой, милостью богов король Флипии, даём нашим детям своё родительское благословение и клянёмся, что в наших глазах между кровным сыном и названным нет никакой разницы.
Король протягивает руку, ладонь оказывается точно над чашей.
