Автор
Влад бежит по улицам столицы в спешке и злости, перегруженный обязанностями. Звонок Грача не приносит облегчения — он снова занят или недоступен. Влад надеется на кого-то еще, но каждый вызов оканчивается тем же зловещим сообщением: "Все оставляют с тобой". С каждым разом эта ситуация растет в атмосфере предательства и несвободы....
Теперь он сияет белоснежной улыбкой. — Но… — красноречиво машет в сторону охраны. — Боюсь, что это не входит в планы сегодняшнего дня.
— Похоже на то, — снова глупо пожимаю плечами.
Кто знает, быть может, ему известно намного больше о том, что происходит в войне, в которую втянут Влад.
— Мое предложение все еще в силе, Даша, — Сергей наклоняется к самому уху. Так, чтобы его не услышали. — Если понадобиться помощь. Если захочешь вырваться из этого всего… У тебя есть мой номер.
Киваю, не очень разборчиво бормоча благодарности.
Куда мне бежать?
От самой себя?
— Я поговорю с Владом. Ты кажешься мне слишком бледной, — уже громче произносит Сергей. Так, чтобы его расслышали. — Похоже, мне не мешало бы снова тебя осмотреть.
Сосредотачиваюсь на номере его телефона, который в свое время выбросила, чтобы не подставлять Сергея. Как ни странно, он отпечатался в памяти, хоть никогда не помню номеров и цифр. Так и стоит перед глазами, вместе с листком бумаги. На всякий случай.
Снова киваю, — Василий уже отводит меня к машине, заставляя Сергея потесниться.
Глава 11
Влад.
От нее отрываться мучительно. Невозможно.
Тем более, теперь. Когда лежит подо мной. Такая нежная. Трепетная. Еще подрагивая после нашей бурной страсти.
Ее пальца дрожат. И ресницы. И, блядь, я готов смотреть на это бесконечно.
А еще — на ту радость, — такую искреннюю, неприкрытую, с которой она встретила мой маленький подарок.
Но сердце бьется совсем иначе. Чаще. И по-другому, когда она рядом.
В ней настоящее — все. Ей даже говорить ничего не надо.
И страсть и тревога и то безумное притяжение, которое я к ней ощущаю и вижу в ее глазах.
Все настоящее. Все такое взрывное, искреннее и на поверхности. Хочется схватить в охапку и просто пить каждую грань ее чувств.
Но звонок Морока вырывает меня из этого безумного плена. Черт, я как в дурмане, на все забить готов.
Поднимаюсь, отрываюсь от нее, а самого ведет. Хуже самого крепкого алкоголя девочка эта на меня действует. Хуже наркотика..
Не целую на прощанье. Не обнимаю. Не оторвусь, если прикоснусь.
Приходится вот так — резко. Быстро. Отрывать от себя.
Ничего. Дела закончатся. Все придет в норму.
И тогда, блядь, я возьму свой совершенно заслуженный за все годы отпуск.
