Автор
В темном подвальном лабиринте царила мертвая тишина, нарушаемая лишь громкими голосами удаляющихся спасателей. Ян, сияющий как перезрелый помидор, наконец отвел глаза от планов на выходные и задумчиво прокомментировал текущую ситуацию с Вере — его несомненно любимой женщиной....
Усталая, с потухшими глазами, в руках маленький букет.
Оба замерли.
— Я не думала, что ты.... — прошептала она.
— Часто прихожу, — мягко ответил он.
Она кивнула и подошла ближе. Постояла у надгробия. Поставила цветы рядом с его лилиями. Помолчала. Потом взглянула на него.
— Прости меня, Степ. Тогда... на похоронах. Я говорила ужасные вещи. Но ты не виноват. Просто я.... я обезумела от горя. Я не думала. Я не хотела..."
"Степан кивнул.
— Всё нормально. Я сам себя винил больше, чем вы.
— Она тебя любила, — сказала женщина.
Он посмотрел на могилу.
— Я знаю....
Они стояли молча. Без лишних слов. Только легкий ветер качал ветви деревьев. Потом она кивнула.
— Живи дальше, Степ. Не надо больше ничего доказывать. Лена желала тебе только счастья….
— Спасибо, — выдохнул Степа.
Они разошлись по разным дорожкам. Без обид. Без тяжести. Только с уважением и болью, которая наконец стала немного тише.
С легким сердцем Степан поехал домой. Возле дома у подъезда стоял Рушан и, судя по всему, ждал его.
Степа подошел. Пожали руки.
— Не удержался. Решил лично приехать, — начал Рушан.
— Что случилось?
— Все, как ты и хотел. Артуру светит вышка. Нашли тело девушки. Старое дело, но есть доказательства. Свидетельские показания. В общем полный фарш.
Степан молча кивнул.
— Плюс похищение Ренаты. Угроза убийства. Все складывается отлично. Выйти он уже не выйдет. Никогда.
— Я рад, — тихо ответил Степан. — Спасибо, что взялся.
— Тебе спасибо.
— Поздравляю, — хмыкнул Степа.
— А как ты на мена вышел? — Рушан приподнял бровь.
— Вадим Юрьевич, порекомендовал, — сказал Степан. — Сказал, ты поможешь.
На лице Рушана впервые за долгое время появилась мягкая улыбка. Он кивнул.
— Значит, не зря. До встречи, Кулешов.
— Удачи, Рушан.
Пожали руки. И разошлись. Спокойно. По-мужски. Каждый по своим делам. А в груди у Степана было светло и спокойно.
Эпилог
Утренний свет мягко пробивался сквозь белые занавески палаты, окрашивая стены в яркие тона.
Она поправила одеяльце на крохотном тельце, лежащем в прозрачной люльке рядом с кроватью, и выдохнула. Медсестра забрала малыша переодеваться. В этот момент дверь тихо отворилась.
Первой вошла Вера. Со счастливой улыбкой на лице, как всегда.
