Автор
В зале зазвучали веселые голоса мужчины и его спутницы, прерывая тишину квартиры. Я скрываюсь за дверью, не решаясь вступить, но сердце трепещет предчувствием чего-то недоброго. Страх и напряжение накатывают на меня с каждым шагом к гостиной, где я увижу то, что больше всего боюсь видеть — измену....
Но почему-то сейчас, я почувствовала неимоверную тягу пообщаться именно с ней. Мне необходимо было почувствовать рядом с собой сильную, успешную женщину, каковой и являлась Светлана. Всегда жесткая и категоричная с конкурентами, с нами же, своими подчиненными, она была терпеливой и мягкой. Ни разу не слышала, чтобы в нашем женском коллективе про нее говорили гадости. Невероятный человек. Правда ее личная жизнь как-то не задалась. Дочку почему-то воспитывала она одна: все удивлялись и гадали почему у такой красавицы и умницы нет мужчины?!
В одно мгновение и вся ситуация начальницы проецируется на меня.
Горечь обожгла гортань и в глазах снова защипало. Черт бы побрал моего мужа! Что, когда теперь всякий раз, когда буду я думать о нем, из моих глаз будет литься Ниагарский водопад? Не хочу. Он не достоин! Я о нем не то что думать – вспоминать не хочу.
Сердце, нещадно надрываясь, грохочет в груди.
И я понимаю, что ступаю на скользкую, узкую тропинку под названием самокопание. Неосознанно культивирую в себе зародыши вины. Нет! Это неправильно.
Ну, где же Света?!
Шмыгнув носом, потерла друг об дружку озябшие ладошки, приложила к мокрым щекам, осушая их, крутанулась вокруг себя, пытаясь согреться.
Я уже десять минут торчу под калиткой начальницы. Ожидание щекочет нервы.
Ее отец сказал, что она должна скоро приехать. Предложил подождать внутри, но я отказалась. Лучше побуду здесь, на свежем воздухе, на морозце – он хотя бы меня отвлекает от дурных мыслей-образов в голове. А в тепле я Расслаблюсь и точно начну рыдать. Еще напугаю мужчину своим поведением.
