Автор
Софья застает мужа с секретаршей и осознает, что их брак разрушен. Беременная и опустошенная, она должна сделать выбор: простить предательство ради ребенка или бороться за своё достоинство. История о цене развода, материнстве и том, что важнее всего в жизни.
Когда я поднимаю руку, чтобы постучаться, до меня наконец доходят слова Гордея. Что значит “жена крупного бизнесмена”?!
Глава 16
Виктория Олеговна злится за свою неудачу, но сказать мне по этому поводу ничего не может. Только выговаривает мне за медленную работу, а вскоре отпускает. Ни слова о своих родителях, что меня весьма устраивает.
— На этом всё? Мне нужно идти работать, — говорю я спустя пять минут, не собираясь ее выслушивать еще дольше.
Пропускаю ее слова мимо ушей, и когда она недовольно поджимает губы, но кивает, я ухожу и дорабатываю смену, после чего спешу к сыну в детский сад.
Сегодня я звоню воспитательнице несколько раз, беспокоясь за Диму, но к счастью, всё в порядке.
Когда я выхожу на нужной остановке, у ворот встречаю Гордея.
— Что ты тут делаешь? — спрашиваю я и хмурюсь.
— Собираюсь забрать с тобой сына из садика.
— Нет нужды. Я успешно и сама с этим справляюсь.
Гордей сначала молчит и лишь смотрит на меня, но затем улыбается, словно ему что-то нравится.
— Вот она. Та Соня, в которую я когда-то влюбился.
Мне нечего на это ответить, так как его ностальгия и тоска, которая вдруг отражается в глазах, дезориентирует меня и лишает дара речи.
— Тем более, что Дима сам просил меня, чтобы я появился в детском саду, чтобы все поверили, что у него и правда есть отец.
Мне хочется его прогнать, так как меня беспокоит то, что он собирается ворваться в нашу жизнь, будто ничего не произошло, но я меняю свое мнение, когда он говорит о Диме. Я ведь помню, что сын действительно об этом просил, и для него это важно.
В любом случае выбора у меня не остается, так как в этот момент Гордей идет вперед, и я, спохватившись, бегу за ним следом, чтобы успеть войти внутрь чуть раньше.
Когда Дима видит нас вместе, он радостно встает из-за стола и едва не подпрыгивает на месте. Он подбегает, но обнимает не меня, а Гордея.
Мне слегка обидно, что появление отца оттягивает его внимание, но я подавляю в себе это чувство, напоминая себе, что Гордей не появлялся в его жизни целых три года, поэтому Дима так себя ведет.
— Ты пришел!
— Конечно, сынок, я же обещал.
Гордей подхватывает его на руки, и я вижу, как Дима оборачивается и победным взглядом окидывает остальных детсадовцев. Все они смотрят на Гордея с открытыми ртами, и я понимаю, что они не верили Диме. Зная сына, он наверняка рассказывал об этом весь день."
"Вскоре мы уходим, и впервые Дима сияет после ухода из детского сада.
