Автор
Подруги обсуждают ситуацию на рабочем месте с известным шовинистом и трудоголиком Куваевым, а я отражаюсь в зеркале после полуденной марафетки. Встреча создает ощущение напряжённого баланса между комичностью и серьёзной реалистичностью.
Курит, пьет, трахается, живет в постоянном стрессе, но практически всегда чувствует себя хорошо.
— Не особо, но должен же я знать, к чему готовиться в следующий раз.
Намекает на недавний просмотр «Титаника». Какой злопамятный человек. Но надо признать, очень чувственный и нежный любовник. Как так получилось, что при внешней холодности и собранности Костя такой ненасытный и горячий в постели?
— Про женщину-разведенку? М-м… — нагло улыбается он, глядя в телевизор. — Готовишься к чему-то?
Я шумно вздыхаю, беру пульт и переключаю на первый попавшийся канал.
— Ну это перебор. Боевика никакого нет? Давай золотую середину? Пусть он будет негодяй, а она влюбится в него, и вместе они отправятся на поиски захватывающих приключений?
— Тогда поищи сам, если тебе своих приключений мало. — Бросаю Косте пульт и встаю с кровати. — «Индиана Джонс», кажется, шел по какому-то каналу.
В отражении зеркала замечаю, что Костя ложится на мое место и, забросив одну руку за голову, наблюдает, как я одеваюсь.
— И куда ты собралась, можно поинтересоваться?
— У моря хочу посидеть. Пойдешь со мной? — предлагаю я.
— Мы еще здесь не закончили. Возвращайся в постель.
— Даже и не подумаю. Совесть имей. Я со вчерашнего дня из кровати не вылезала. К тому же в холодильнике шаром покати. Доставки еды здесь нет, я проверила. Нужно найти магазин и купить продукты.
— С продуктами сейчас решим, Ульяна всё привезет. А к морю вместе пойдем.
Костя нехотя встает и тоже начинает одеваться.
— Машину взять нельзя. По крайней мере, без меня. На днях у моего знакомого, который помогал с банковскими транзакциями, внезапно оказались неисправны тормоза.
Хоть Костя и говорит об ужасных вещах, но его уверенный взгляд и ровный голос почему-то вселяют спокойствие.
— И что с ним случилось? Он жив?
— Хотелось бы надеяться на лучшее. Вершинину еще рано умирать. Валяется в больничке.
— Тебе тоже рано, — говорю я, пытаясь расчесать волосы пятерней. — Расческа бы тоже сейчас не помешала. Да и комплект белья, одежда какая-нибудь...
