Автор
История о сложных отношениях между сестрами, когда беременность одной из них становится поводом для переговоров о наследстве. Конфликт между личными ожиданиями и финансовыми обязательствами ставит под угрозу семейные узы и заставляет героинь пересмотреть значение слова «согласие».
Я только что дал тебе шанс уйти. На твоем месте я бы не раздумывая им воспользовался. — В его тоне слышатся знакомые саркастично-раздраженные ноты.
— Ты не на моем месте. А я ни о чем таком не просила.
Лед в глазах напротив вспыхивает пламенем, когда я, ведомая инстинктом, делаю шаг и обвиваю широкие плечи руками, прижимаясь к твердому телу.
— Если ты меня сейчас выгонишь, то я всем расскажу о твоих «грандиозных» планах... — Рвано дышу и смотрю в Костины глаза, бросая ему вызов.
Знаю, что нарываюсь, но ничего не могу с собой поделать. Плохо себя контролирую рядом с этим человеком.
— Пытаешься меня шантажировать? — хмурится Костя.
— Да… — Мой голос взволнованно обрывается, когда чувствую, как сильно бьется сердце в груди Гончарова.
Чем-то эти качели напоминают день, когда я сомневалась: вести черную бухгалтерию или остаться с чистой репутацией. Выбор был сделан в пользу жить ярко, но коротко. Вот и сейчас испытываю схожие ощущения. Да, страшно оступиться, но еще страшнее упустить возможность и отказаться от тех эмоций, которые дарит Гончаров.
— Ты хорошо подумала? — шепчет Костя, вжимая меня в свою нехилую эрекцию, когда я поднимаю руку и провожу кончиком пальца по его подбородку. — Я не изменю своих планов на твой счет.
— Я тоже.
Эти слова будто становятся сигналом к нападению. С обеих сторон. Не знаю, кто первым тянется, но не могу сдержать стона, когда наши губы соприкасаются в жадном поцелуе. Меня обволакивает возбуждением, которое расцветает внизу живота, а слегка грубые, но приятные ласки Гончарова купируют зачатки благоразумия в поплывшем мозгу.
Воздух стремительно накаляется, сильные руки сминают мои ягодицы и задирают подол домашнего платья. Я тихо стону, когда чувствую прикосновения Кости к внутренней стороне бедра. Как он гладит складки плоти сквозь тонкую ткань белья. А когда сдвигает его и запускает внутрь один палец, едва не теряю сознание. Это так остро… Почему я должна отказаться от этих эмоций и ощущений? Сам же на них подсадил.
— Всё? Больше не льется словесный поток? — хрипло шепчет Костя мне на ухо, трахая пальцем, и жалит поцелуями шею и ключицу, доводя до точки кипения и заодно невозврата.
Влажный язык скользит по мочке уха, пока я с ума схожу, как хочется сейчас продолжения. В жизни бы не подумала, что ссоры могут так заводить. Но Костя вдруг резко останавливается и чуть отстраняется. С упоением и улыбкой смотрит на меня, а потом подхватывает на руки и несет к кровати, пока я изнемогаю от желания.
