Осень, как живой масляный полотно, разливалась вокруг кафе с великолепными окнами. Жаркий песок поднимал волны благовоний кофе, словно ароматная пена на поверхности реки времени. Даже холодные дождевые капельки не могли испортить этот романтический уголок.
Сейчас эта Алина Андреевна и вела беременность Киры. Прямо здесь и сейчас Тайгир и договорился о визите на послезавтра.
Уезжая, Амиран очень внимательно посмотрел на меня и тихо, но очень серьезно пообещал, что сейчас они уедут. Но если, он заподозрит, что я девочку принуждаю и продолжаю шантажировать, то он найдет способ избавиться от меня так, чтобы моя жена особо не волновалась. И что мы, мол, хоть теперь и родня, но он родня со стороны жены, то есть тот самый геморрой, который портит жизнь любому женатому мужику.
Вернувшись в дом, я постоял немного возле её двери. Закрытой для меня. Проворочавшись пару часов, я уселся на пол у стены в углу. Со стороны спальни Киры это место выглядело, как обычная стенная панель, со стороны моей комнаты - это была межкомнатная дверь. Мне нужно всего лишь повернуть ручку, и я смогу пройти к ней. Посмотреть, как спит, не холодно ли...
До утра я просидел облокотившись на стену. А утром нужно было доехать до деда, и до Гараевых. По приезду к деду первым делом я пошёл к Князю.
- И что? Даже не встанешь? Так и будешь задницей ко мне лежать и рычать? - говорю собаке, понимая, что сейчас я его расшевелю. - А я-то старался, вон у Киры рубашку спёр!
Подсовываю сквозь прутья решётки блузку, в которой вчера была Кира. Князь подошёл и осторожно принюхиваясь, продолжал буравить меня взглядом.
- Жива твоя хозяйка, мелкого нам вынашивает. Как только смогу, привезу. - Пёс схватил рубашку и потащил к себе в будку.
Иду в дом, и застаю деда за телефонным разговором.
- Да нет, я-то понимаю. - Говорил кому-то дед. - Да молодой ещё, за всё переживает, перестраховывается! Конечно, скажу. Да, дорогой, здоровья!
Деду пришлось рассказать всё подробно. Какая-то девица несколько раз пыталась подсунуть то чай, то кофе.
- А где Тамия? - спросил у деда.
- На кухне. А это какая-то дальняя родственница твоей матери, прислали, чтоб ухаживала. К матери подымешься? - спрашивает дед.
Молча иду в женское крыло. В доме деда это деление дома условно, но всё же есть.
- А что... Что с беременностью? – спрашивает, замявшись.
- Сам завтра узнаю, но Амиран говорит, что всё не очень хорошо. Но уже шевелится, точнее пинается.- Отвечаю ей.
- Она тебе позволила? - радостно удивляется мать.
- Нет. Сам урвал. Кира не позволяет к себе прикасаться, и даже фамилию мою ребёнку давать не хотела.
