Автор
В холодном зале судебного заседания пальцы дрожат, а гнев захлестывает сердце кислородом. Матвей с легкостью отвечает на вопрос: "Ты ведь сама этого хотела?" Вопрос молниеносно проникает в психику обвиняемой, пленяя ее собственную жестокость и желание получить ответ.
Похоже, «Цена твоей любви» относится к циклу. Ниже — другие найденные книги этой линии.
Тебя этому папа научит? – улыбаюсь, рассматривая дальше пацана. Моя машина так и стоит на въезде во двор, перекрыв дорогу, в груди странное ощущение, некая забота и боль, словно это я расцарапал колени.
– Нет, мама.
– Как зовут маму?
– Регина, – мальчик чисто произносит каждую букву имени.
– Как? – переспрашиваю, потому что не верю в такие совпадения.
– Регина. Правда красивое имя?
– Очень."
"А вот теперь он смотрит открыто, в глазах стоят слезы делая их ярче, на носу веснушки, а меня накрывает дежавю.
Совпадение? Или…
19
Это словно солнечный удар.
Если мои предположения верны, то мальчик – сын Регины, моей Регины. Не может быть, чтобы в одном доме жило их две. Или Костик совсем не с этого двора?
Все еще сижу на корточках, оглушенный услышанным, смотрю на мальчишку. Сколько ему лет? Я ничего не понимаю в детях и возрасте. Пять? Шесть? Надо подсчитать, но голова не соображает.
– Тебе правда не больно? Может, поедем в больницу.
Трогаю исцарапанные колени, слегка касаясь пальцами, боясь сделать хуже, дую на них, морщусь, сам представляя, как ему неприятно. Надо бы поднять его с асфальта, отвести в сторонку, оказать помощь, а я не могу сдвинуться с места.
– Нет, мне уже не больно. Но ваша машина поцарапана.
– Это ерунда.
– Точно? Вас не заругают?
– Нет, – смеюсь в ответ на его слова, смотрю, как Костик щурится от солнца и смешно морщит нос.
Интересно, будь у меня сын, каким бы он был?
– Ты живешь в этом доме?
– Да.
– Почему ты гуляешь один?
– Я уже взрослый.
– А где твои родители?
Все-таки помогаю ему подняться, откатив велосипед к песочнице, той самой, у которой я несколько лет назад также разглядывал исцарапанные колени Регины.
– Мамы нет дома.
– А папа? – спросил и перестал дышать.
Мальчик отряхивает футболку, шорты, не спешит отвечать, смотрит вокруг, словно кого-то ищет, а у меня замирает сердце. Этот так необычно, оказывается, оно у меня есть и я все чувствую.
– Папа, он… вот он идет.
Костик показывает на идущего к нам со стороны подъезда молодого парня, на вид ему нет и тридцати. Черная майка с огромным черепом на груди, черные шорты, сланцы. Походка очень уверенная, кулаки сжаты, по рукам узоры татуировок, короткая стрижка темных волос.
– Костя, что случилось?
Это реально отец мальчика?
Поднимаюсь с корточек, внимательнее разглядывая подходящего к нам мужчину.
