Автор
В Центре силы Артём оказывается на грани жизни и смерти, где его идеи о богатстве и влиянии оказываются отбросены в сторону. Торговые караваны собирают рабов для Тутгорода, и это становится причиной внутреннего конфликта Артэма между собственными принципами и нуждой выжить в безжалостной атмосфере торговли и насилия....
Жалко дурака…
Перед самым закатом я поджёг две палки, которые были обмотаны паклей, смоченной какой-то смолой. После чего воткнул их в землю с двух сторон от каменного столба, взобрался на него — и стал ждать, положив третий факел себе на колени.
Снизу заскулил Русый, требуя поднять наверх и его. Я ещё немного надеялся, что он всё-таки плюнет на вредного «двуногого» и вернётся к своим. Но нет…"
"Какое-то время я смотрел, как этот актёр Больших и Малых изображает трагедию, а потом тяжело вздохнул и спустился. Тяжёлый оказался, зараза!.
Дневник Листова И.А.
День тридцать седьмой. В окрестностях ходила большая крокодилла!
Ночь опустилась на землю, укутав её темнотой, как одеялом. А я отчаянно завидовал питомцу, который, доверившись моим цепким рукам, дрых на самом краю каменного столба. Ещё и беззаботно свесив вниз хвост и одну лапу.
А я, между прочим, тоже спать хотел!.
Всё-таки привык за последние дни ложиться с солнцем. И с ним же вставать. А тут вторая бессонная ночь подряд… Издевательство какое-то! Но если усну я, то охота будет удачной не для людей, а для крокодиллы. Причём, что самое обидное — малоэнергозатратной. Эта скотина просто приплывёт и, не особо парясь, сожрёт двух мирно спящих придурков.
Так что я изо всех сил, лишь бы не задремать, таращил глаза на небо и звёзды. А заодно — чтобы не потерять интереса к этому увлекательному делу! — пытался выделить рисунки созвездий.
Мой план натыкался на одну-единственную неприятность… Астроном из меня никакой. После того как я тремя разными названиями обозвал одну и ту же звёздочку, пришлось пересматривать бизнес-план…
За этим-то занятием я и узнал, что даже спящий Русый — внимательнее и чутче меня. Когда в темноте что-то плеснуло, он сквозь сон поднял свои здоровенные уши и прислушался.
Решив, что раз так, то скрываться больше не надо, из темноты внизу вынырнула узкая морда крокодиллы. И да, она больше напоминала аллигатора или каймана. А может, и просто саму себя напоминала, но до ужаса жуткую…
— Вот же бабуйня какая! — оценил я огромную башку, которая примеривалась к нам с Русым, раскрывая пасть с устрашающими зубами. — Не, ну ты видел, а?!
— У-у-у-у! — жалобно подтвердил Русый.
