Автор
В Центре силы Артём оказывается на грани жизни и смерти, где его идеи о богатстве и влиянии оказываются отбросены в сторону. Торговые караваны собирают рабов для Тутгорода, и это становится причиной внутреннего конфликта Артэма между собственными принципами и нуждой выжить в безжалостной атмосфере торговли и насилия....
В общем, нёс какую-то чушь. Но мне не мешали. Люди столпились вокруг добычи и галдели, что-то бурно обсуждая… И даже Дунай прихромал.
А я понемногу успокаивался… Перестал смеяться и кричать. Лёг спиной на землю. И смотрел на усыпанный звёздами небосвод.
Вот только… Из одного из звёздных скоплений на меня — натурально! — смотрело изображение крокодиллы.
И даже два его видимых глаза светились багровым огнём, как бы намекая, что он меня теперь никогда не забудет!
— И я тебя не забуду… — устало пробормотал я.
"Теперь я точно знал: на местном небосводе есть созвездия. И одно из них у меня всегда получится найти. Ведь даже закрыв глаза, повертев головой и снова открыв — я его видел. Вот как живого!..
И чтобы проверить, что так оно и есть, я снова закрыл глаза.
Крокодил на небе начал шевелиться. Его звёздный контур дёргался, пытаясь выбраться из небесной ловушки — но не мог. А я хохотал над ним, мелкой и глупой рептилией. Чем, видимо, наглядно доказывал, что мания величия мне не чужда…
Я просто не знал, что уже сплю сладким сном.
Не знаю…
Хотя это и не было важно. Моя охота на сегодня закончилась. А новости я мог узнать и утром.
А сейчас не было ничего важнее, чем крокодилла, пытающийся сбежать из звёздной ловушки. Потому что таковы законы сна, которые Вано старается никогда не нарушать.
Глава 10. Определённо, триумф!
Дневник Листова И.А.
День тридцать седьмой. Утро отходняка.
Сознание возвращалось рывками. Будто кто-то из омута меня тянул, а сон обратно засасывал…
Один раз я проснулся, пока меня куда-то перетаскивали.
Затем — и то не до конца, когда солнце начало нещадно припекать.
Потом — от голода, унюхав запах еды.
Но каждый раз я просыпался не до конца. И спустя пару минут снова тонул в омуте сна.
Просто лежал и пытался понять: где я, кто я — и что со мной вообще? По всему выходило, что я — это я, просто вчера неслабо перенапрягся. И марафон пробежал, и ногу подвернул, и в пасть крокодилле едва не угодил.
